Когда мир вокруг перевернулся с ног на голову.
— Дима, скажи, это же неправда? — вскрикнула она, не дождавшись моего ответа.
Васька выскользнула из моих объятий и с наивным отчаянием взглянула на этого близкого человека, который в одно мгновение превратился в пугающего незнакомца.
В её мире рушились границы между сказкой и реальностью, и монстры выходили из‑под страниц книг, чтобы поселиться рядом с ней — в её доме, в её жизни, рядом с тем, кого она привыкла считать другом семьи.
— Детка, я всё тебе объясню, только успокойся, — проговорил Дмитрий, делая нерешительный шаг к нам.
Василиса, словно испуганный зверёк, отпрянула и спряталась за моей спиной.
Кира и Ваня мгновенно возникли рядом, сомкнув вокруг нас живое кольцо, отгораживая от надвигающейся опасности.
Волк издал утробный рык.
Кира приняла боевую стойку.
Дима замер в нерешительности.
Глядя на эту картину маслом, я тяжко вздохнула.
— Милая, не бойся, — попыталась я успокоить дочь. — Ну, вампир и вампир. Если он до сих пор не причинил нам вреда, вряд ли сделает это сейчас, — добавила я, стараясь говорить как можно спокойнее.
— Мама, а ты что, тоже теперь вампир?
Догадливость моей дочери была выше всяких похвал.
Она смотрела на меня с испугом и в то же время с любопытством.
— Да, — коротко ответила я, решив, что лучше сразу всё прояснить. — Василиса, я расскажу тебе обо всём позже, а сейчас мне нужно поговорить с Димой. Побудь пока с Иваном и Кирой, хорошо? С ними тебе ничего не грозит. Не боишься?
Она нервно сглотнула, но потом решительно кивнула в знак согласия.
Я приблизилась к Диме, и он взял меня за руку. Теперь его ладонь не казалась мне холодной, мы были одного градуса.
— Познакомьтесь пока, — предложила я собравшимся. — Василиса, это мои друзья Иван и Кира. Ты можешь чувствовать себя в полной безопасности рядом с ними.
И мы вышли в коридор, оставив за спиной застывшие фигуры Вани, Киры и Василисы.
Как только мы переступили порог и за нами закрылась дверь, Дима крепко обнял меня и прижал к своей груди. Я ощутила его сильные руки на своём теле, и если бы у меня было сердце, оно бы забилось в бешеном ритме.
Несмотря на то, что я только что узнала о его сущности, в его объятиях я все так же чувствовала себя в безопасности. Словно вернулась домой после долгого и опасного путешествия, и теперь все проблемы и заботы не казались такими уж серьёзными, и опасность отступила.
Он отстранился немного и, заглянув мне в глаза, нежно коснулся моей щеки. В его взгляде было столько тепла и нежности, что внутри всё перевернулось.
Я затаила дыхание, ожидая дальнейших действий.
— Я так скучал, — прошептал он, и его холодное дыхание коснулось моего лица.
— Я тоже очень скучала. Я не знала, как у вас с Васькой дела. Я из-за этого чуть не сошла с ума от беспокойства, — проговорила я в ответ, наслаждаясь прикосновениями любимого.
— Рита, что произошло? Я пытался найти тебя, но не смог. Ни одной зацепки. Ты просто исчезла. Я был в ужасе от страха за тебя. Пожалуйста, расскажи, что случилось?
Дима крепко удерживал меня за плечи, внимательно вглядываясь в моё лицо, пытаясь найти в нём ответы на свои вопросы.
Я вздохнула.
Мне совсем не хотелось вновь переживать весь этот ужас.
Вспоминать обстоятельства своего похищения.
Не вдаваясь в подробности, я вкратце рассказала Дмитрию, как меня выкрали с парковки и как я очнулась уже в машине на трассе.
На его лицо было страшно смотреть, настолько оно исказилось от боли и бешенства.
Я внутренне вздрогнула и мягко коснулась его щеки. Провела по ней, стараясь успокоить.
— Дима, не волнуйся, со мной всё в порядке, я цела, — прошептала я.
— Цела? Это ты называешь цела? — процедил он сквозь зубы и замолчал, пытаясь совладать со своей яростью.
Мне было невыносимо видеть, как он несправедливо винит себя в том, что произошло со мной.
Но как убедить его в обратном?
Сейчас, наверное, уже ничего не изменить.
Не будет он слушать разум.
— Почему ты говоришь, что не было никаких следов? Моя машина осталась на подземной стоянке, — спросила я, пытаясь отвлечь его от самобичевания.
Он пристально посмотрел мне в глаза и нахмурился.
— Твоя машина исчезла так же, как и ты, — произнес он. — Последний, кто тебя видел, был охранник. После этого никаких следов. Камеры на парковке были выведены из строя ещё днём. Я искал по всему городу, но не мог уловить твой запах. Все мои силы, все мои возможности оказались бесполезны, — с досадой выплюнул он слова, скрежетнув зубами.