Напившись, я отпустила бездыханное тело на землю. Кровь всё ещё стекала по подбородку, обжигая кожу. Мама подошла ко мне и вытерла её тыльной стороной ладони.
— Неплохо для первого раза, — сказала она с гордостью, и в её глазах я увидела искреннюю радость.
Дима и Иван также заканчивали свою трапезу.
Иван, в обличье волка, облизал окровавленную морду и довольно зарычал, встряхнулся, разбрасывая капли крови.
Дима, как всегда, был немногословен, лишь поправил лёгкую куртку и окинул нас внимательным взглядом.
Охота закончилась, оставив за собой жуткую картину.
Разбросанные тела оленей, пятна крови на снегу, следы борьбы.
Дима и Иван действовали слаженно, будто по заранее продуманному плану. Дима, работая руками, а Иван, расковыривая мёрзлую землю мощными лапами, быстро вырыли глубокую яму. Мама подтаскивала к ним безжизненные тела, и туши с глухим стуком падали на дно.
Дима начал засыпать яму, а я, оцепенев, стояла и смотрела на эту мрачную сцену.
В голове стали вспыхивать обрывки воспоминаний, в хаотичном порядке, без начала и конца.
Вот я выхожу из библиотеки, застёгивая ветровку, и смотрю на часы — уже поздно.
Вот иду по аллее парка, держа за руку любимого человека. Его ладонь тёплая, надёжная.
Нападение отморозков.
Моё спасение.
Свадьба с Лёшей. Его улыбка, кольцо на пальце, клятва верности.
Как он пропал и я его не могу найти...
Моё похищение. Тёмная машина, укол, тьма.
И последняя картина‑воспоминание.
Лёша, упав, лежит в могиле, пытается выбраться, его лицо искажено ужасом, а сверху на него падает мёрзлая земля.
Я схватилась за голову, пытаясь удержать эти образы, не дать им раствориться снова.
Тишину ночного леса разорвал крик.
Мой крик.
Полный боли, отчаяния и ярости.
13 глава
Я неслась к городу, как одержимая, обгоняя ветер.
Воздух свистел в ушах, деревья сливались в размытые полосы. Моя скорость, казалось, была подвластна лишь реактивным самолётам. Я не чувствовала усталости, только жгучую, всепоглощающую потребность добраться до цели. Позади поспевали остальные. Их шаги едва уловимо доносились до моего обострённого слуха.
Наконец кладбище.
Ветхие надгробия рядом с дорогими памятниками производили резкий контраст забвения и памяти.
Покосившиеся кресты рядом со статуями как символ времени, что не щадит ни дерево, ни мрамор.
Могильные холмы, укрытые инеем, дышали холодом вечности.
Я мгновенно отыскала нужную могилу, интуиция вела меня безошибочно.
Голыми руками принялась разбрасывать свежую землю, комья летели в стороны, будто их отбрасывала невидимая сила. Пальцы вгрызались в промёрзшую почву, ногти гнулись, но я не замечала боли.
Мама спустилась ко мне, молча помогая отбрасывать комья земли. Её лицо было сосредоточенным, глаза полны боли.
Дима и Ваня застыли наверху, не в силах вымолвить ни слова, лишь наблюдая за разворачивающимся кошмаром.
Их тени падали на края могилы, накрывая нас мрачной пеленой.
Достигнув гроба, с рыком взломала крышку. Дерево треснуло, поддаваясь моей ярости. Но внутри оказалась незнакомая женщина, бледная, застывшая в вечном сне.
В ярости выбросив гроб из ямы, я продолжила рыть глубже, ещё глубже, пока пальцы не наткнулись на что‑то более твёрдое.
Сначала показалась рука, мертвенно-бледная, с посиневшими ногтями.
Затем и всё тело, скрюченное, неподвижное…
— Нет, нет, этого не может быть! — Я прижала Лёшу к себе, крича от отчаяния. Голос срывался, дрожал, разрывался на части. — Любимый, открой глаза, умоляю! Не бросай меня, не бросааай!
Я зашлась в крике.
Прижав мужа к себе ещё крепче, я затихла, но внутри бушевал ураган.
Ледяной ужас сковал сердце.
Как можно было совершить такое зверство.
Похоронить живого человека?
— Почему… почему вы не спасли его? — Нарушила я тишину.
Голос прозвучал глухо, будто из‑под толщи воды.
— Василиса, милая, мы с трудом нашли тебя… А Алексея не смогли отыскать, — Мама опустилась на колени рядом со мной. Её голос дрожал. — Мы даже представить себе такого не могли…
Она виновато опустила голову, и я увидела, как её губы подрагивают.
— Вы… самые могущественные создания на земле… и вы ничего не смогли сделать?!
Ярость захлестнула меня, словно бушующее пламя, готовое испепелить всё вокруг.
Я резко подняла голову, взгляд метнулся к Диме и Ване.
— Где вы были? Почему не нашли его раньше?!
— Мы искали, Василиса. Поверь, мы обыскали каждый уголок, каждую щель в этом проклятом городе.
Дима слегка наклонился вперёд, пытаясь успокоить меня. Его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась боль.