По пути я видела других вампиров, с интересом меня разглядывающих.
В конце извилистого пути зияла каменная пасть лестницы, уводящей в бездну. Спуск казался вечностью, пока ноги не коснулись сырого, пропитанного тленом дна. Без лишних церемоний меня втолкнули в смрадную камеру и приковали цепью к шершавой стене.
В ответ на их трусливую предосторожность я лишь криво усмехнулась.
— Боитесь, упорхну? – выплюнула я им в лицо, не отводя вызывающего взгляда.
Валентин не выдержал моего взгляда, его рука взметнулась, и звонкая пощечина обожгла щеку, заставив голову дернуться в сторону.
— Посидишь здесь, пока уважение не проснется, – спокойно произнес Алихан, делая шаг в камеру и наполняя ее своим ледяным присутствием.
Вампир приблизился, его потемневшие глаза, казалось, впились в меня, пронзая насквозь. В них не было и тени сочувствия, лишь холодная, расчетливая сталь. Он остановился в нескольких шагах, его взгляд, словно сканируя, скользнул по моим цепям, по грязным стенам камеры, оценивая призрачные шансы на спасение.
— Ты проведешь здесь долгие годы, наказанная за свою дерзость, — произнес он.
Я сплюнула на грязный пол, прямо под его ноги.
Алихан даже не вздрогнул.
Лишь слегка приподнял бровь, демонстрируя откровенное презрение.
— Твоя бравада смешна, — его голос был тихим, но от него веяло угрозой. — Ты думаешь, я шучу? Или надеешься на спасение от Люциуса?
— Кто это? — я удивленно уставилась на безжалостного древнего вампира.
— Как? Неужели ты не знаешь, кому принадлежит это римское имя? — в голосе Валентина прозвучала едкая насмешка.
— Отвечай или заткнись окончательно, — я продолжала грубить.
— Может, прикончим эту мерзавку и дело с концом? — обратился Валентин к Алихану.
— Чего же вы ждете? — огрызнулась я. — Убейте меня, и покончим с этим.
Алихан усмехнулся, в его глазах мелькнула зловещая искра.
— Убить тебя? Нет, это было бы слишком просто. Ты будешь жить.
С этими словами они покинули камеру, оставив меня наедине с собой.
Замок щелкнул, словно захлопнулась крышка гроба, а удаляющиеся шаги растворились в гулкой тишине. Я осталась прикованной к стене в этой кромешной тьме, где время потеряло всякий смысл.
Сколько прошло?
Дни, недели?
Я сбилась со счета где-то на третьей неделе заточения. Усталости и дискомфорта я не ощущала, но голод начинал терзать меня.
Я хотела есть.
И вдруг… звук шагов.
Я вскинула голову, замерев в напряженном ожидании. Кто-то неторопливо спускался по лестнице, каждый шаг отдавался гулким эхом в моем сознании. Минуты тянулись, медленно выбешивая меня. Но вот шаги замерли у двери моей камеры. Лязгнул замок, и дверь распахнулась, в лицо ударил ослепительный свет фонаря.
— Как поживаешь? — раздался голос Алихана.
— Твоими молитвами! — огрызнулась я, моргая, чтобы привыкнуть к свету.
Алихан вошел в камеру и, неспешно усевшись на единственный стул, стоявший посредине, закинул ногу на ногу.
Я молча наблюдала за ним, а он, в свою очередь, изучал меня.
— Разговор есть, — нарушил он наконец тишину.
— Сначала накорми, а потом болтай сколько влезет, — пробурчала я.
— Накормлю, если договоримся.
Я фыркнула и прикрыла глаза, отсчитывая секунды про себя.
Минута, пять, час, три... Неужели ушел? Я распахнула глаза. Алихан сидел на стуле в той же позе.
— Дел нет? — буркнула я, удивленно глядя на него.
— Есть. Ты одно из них, — спокойно ответил вампир.
— Ладно, говори, что хотел, и проваливай! — процедила я сквозь зубы.
— Сейчас у тебя есть шанс выбраться отсюда.
— Сколько я здесь? — перебила я.
— Четыре месяца.
Твою ж... — выругалась я про себя.
— Голод будет только усиливаться, — добавил он, внимательно наблюдая за мной.
— Окей, выкладывай свои условия, — сказала я после минутного размышления.
— Только одно: не покидать замок и его окрестности, пока я не разрешу.
— Это всё?
— Всё.
— А если сбегу?
— Если бы это была не ты, ты бы умерла. А так будешь навечно замурована глубоко под землей.
Я смотрела на него, не веря своим ушам.
Нет, я верила, что он говорит правду — такие, как он, не лгут, им нет нужды.
Представив эту картину, я сглотнула. Надеяться на родственников, похоже, нет смысла, за четыре месяца даже не объявились.