— Мы не знали, как тебе помочь, — тихо сказала мама. — Мы боялись навредить еще больше.
— Навредить?! — я снова рассмеялась. — Вы уже навредили! Вы разрушили мою жизнь! И теперь вы хотите, чтобы я просто забыла обо всём и жила дальше, как ни в чем не бывало?!
Я почувствовала, как внутри всё дрожит от боли и бессилия что-то изменить.
— Я не забуду, — прошептала я, мой голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Я никогда не забуду. Я схвачу всех, кто виновен. И они заплатят.
Резко развернувшись, метнулась к окну и выпрыгнула наружу.
Вчерашнее вечернее платье затрещало по швам, не выдержав.
Приземлившись, я сорвала с себя остатки подола и бросилась бежать.
Боль разрывала мою душу, гнала меня неудержимо прочь, всё дальше от замка.
23 глава
Снова побег.
Я замерла на краю обрыва, передо мной расстилалось бескрайнее море. Его изумрудные волны переливались на солнце, от чего слепило глаза. Глядя вдаль, мысленно вернулась к утренним событиям.
Разговор с родителями опять выбил меня из колеи. Каждый раз эта всепоглощающая боль накатывает с такой силой, что я не в силах оставаться рядом с теми, кто хоть как-то причастен к гибели моего мужа. Как бы я ни старалась заточить её в глубинах души, она вновь вырывается на свободу, стоит лишь малейшей искре эмоций коснуться моих воспоминаний.
И тогда бегство кажется единственным спасением от мук утраты.
Может, прыгнуть?
Скрыться на дне морском, провести там век, а то и больше.
Когда я вернусь, те, кто причастен к этому ужасу, сами сдохнут.
Поначалу убивать было легко. Ненависть была настолько всепоглощающей, что я не чувствовала ничего иного. Но теперь, с течением времени, убийство живых существ… Даже если они тысячу раз заслужили смерть, я больше не уверена, что сама хочу приводить приговор в исполнение. С каждым убитым я чувствовала, как часть моей души погружается во тьму. Боль со временем утихнет, я это знала. Но чернота души останется со мной навечно.
Однажды переступив черту, уже не вернешься.
Я посмотрела вниз.
Волны разбивались о скалы, брызги долетали даже сюда. Приняв решение, я почувствовала такое облегчение, словно огромный камень свалился с моих плеч. Теперь я хотела лишь одного — покоя.
Вспомнила родных, ни с кем из них мне не хотелось прощаться.
Новых друзей — слишком мало знакомы.
Мои тюремщики — тут я запнулась.
Валентин искренне ко мне привязался, я это чувствовала.
А Алихан?
В душе что-то дрогнуло и тут же затихло.
«Нечего тянуть кота за известное место», — поторопила я себя. Сила предвидения моей матери могла помешать мне исполнить задуманное.
Я наклонилась вперед и шагнула в бездну.
Падение длилось всего несколько секунд, но за это краткое время меня охватила странная, почти болезненная эйфория. Больше не будет страданий, не будет терзаний. Я просто засну. Нужно лишь найти безопасное пристанище. Погрузившись в ледяную воду, я быстро поплыла в сторону открытого моря, туда, где горизонт сливался с небом.
Отплыв на приличное расстояние, нырнула. С каждой секундой я погружалась всё глубже, ища на дне подобие грота, укромной ниши, где могло бы упокоиться мое тело.
Наконец нашла подходящее. Правда, пришлось проплыть не одну тысячу метров. Похоже, что я добралась до арктических вод. Надо мной сомкнулся многослойный панцирь льда.
Мрачная впадина уходила далеко вниз. Вода сдавливала меня со всех сторон, давила с неимоверной силой, и даже для меня, вампира, это становилось невыносимым испытанием.
Превозмогая боль, я достигла дна, устроившись поудобнее, закрыла глаза и отключила сознание.
Мир померк для меня, я погрузилась в сон.
***
Рита
В кабинете царила гнетущая тишина: Валентин, Алихан, Дима и я сидели за столом, как застывшие изваяния. У окна, отвернувшись к тусклому свету, маячил Влас.
— Зачем вы явились? — прошипел Валентин, испепеляя нас с Димой злобным взглядом. — Все труды — в прах.
— Полегче на поворотах, — устало отозвался Дима.
— Да, Валентин, убавь обороты, — поддержал его Алихан. — Но он прав, мы же договаривались на три года. Теперь всё полетело в тартарары, придётся начинать с нуля.
— Рита тосковала по дочери, — пробормотал Дмитрий, оправдываясь.
— Люций, неужели ты не мог объяснить своей жене, чем это чревато? Василиса прошла через такую боль… Она не просто пострадала, она утратила веру, — Алихан укоризненно посмотрел на нас.
— Девочка сильна духом, это бесспорно. Но, боюсь, ваш приезд стал роковой ошибкой. Тремя годами вам уже не отделаться. Теперь она уверена, что и вы её предали. Так что собирайте манатки и на выход. Мы сами найдём Василису, — Валентин был явно подавлен, и это меня озадачило.