- А у нас соседка. Видела?
Ага. Это уже про меня.
- Спит ещё, села среди ночи небось. Не буди!
Спасибо неведомая женщина! Я буду и дальше притворяться спящей, лишь бы ты тихонько говорила и не шумела...
Завтрак дамочки быстро прикончили и уселись за разговоры, которые очень быстро перешли в тему детей. Они во весь голос обсуждали нынешнее неблагодарное поколение. Почему эта тема и почему столь громко? Все просто. На часах было восемь утра, когда вагон огласил первый пронзительный крик ребёнка. Он перебудил всех кто спал, и переполошил всех, кто отдыхал. После его крика уже никто не шептался и не пытался даже уснуть.
Ребенок пяти-шесть лет. Мальчишка. В меру избалованный, не в меру капризный. Родители его всячески пытались успокоить. Но малец явно играл на публику. Как ведь - целый вагон незнакомых дядек и тетек лез к родителям с советами и поручениями о воспитании. Но родителям давали советы, а ребенку - фрукты и конфеты. Такое внимание малышу нравилось, такое внимание он обожал и он продолжал вопить по поводу и без.
Я скрипела зубами. Крики давили на нервы. Все внутри меня бунтовало, кричало, рвалось ... Чёрт! Я была на грани оборота.
- Остановка через пять минут, - возвестила неожиданно проводница.
Пять минут и открытый воздух, тишина или ещё два часа ада до Кирова? Я решительно закрыла банку с кофе и спрыгнула вниз.
- О, здравствуйте, соседка, - женщина-плохо-пахнущие-духи открыла свой рот. Из него пахло чаем, яйцами и почему то солёными огурцами. Я содрогнулась и поспешила выбежать из закутка купе. Вслед мне раздалась: "невоспитанная". Но это прилагательное меня не волновало.
Минуя людей, избегая соприкосновения с ними, я выбежала к купе проводника и тяжело задышала. Когда поезд замедлил ход - я уже в десятый раз прикусывала губу до крови, дабы не обернуться. Едва можно было покинуть ад на колёсах - я стремглав пронеслась прочь. В себя пришла в лесу, я тяжело дышала и никак не могла надышаться свежим воздухом... Огляделась - никого. Лес и лес вокруг... Я принялась раздаваться, чтобы выпустить наружу зверя.
Когда я оборачивалась в общежитии - то разглядывала себя в зеркало. У меня были тёмные носочки, белая грудка, рыжая шёрстка. Мордочка моя было наполовину белой - до щечек и наполовину рыжей - от глаз до самой макушки. Немного белой шерсти пробивалась из ушей, немного белой шерстки на кончике хвоста. В мультиках лисичек изображают с белоснежными белым кончиком на хвосте. У меня же это пятнышко было совсем крохотное. Я словно бы слегка задела хвостиком белую краску. И тем не менее я была красоткой. Мечтой любой женщины о шубе, мечтой любого охотника.
Чтобы не стать чьим либо трофеем - я намеревалась навсегда избавиться от человеческого общества, в первую очередь, ради своей безопасности. А для этого мне надо достичь своей исторической родины...
С час я провела в лисьем облике, а затем обернулась обратно. Наспех отдела разбросанные по земле вещи, подхватила рюкзак и поплелась в обратную сторону.
Мимо платформы ничего не ехало... Я с час простояла под солнцем, пока наконец не плюнула на ожидание. Есть рельсы, есть направление! Так что вперёд.
Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы... Ехал поезд запоздалый...
Я шла уже далеко не первый час, когда вдали послышался протяжный крик паровоза. Гудок разнёсся над лесами, местами обернулся эхом, местами поглотился шумом природы.
Я судорожно вспомнила - когда была последняя платформа? Когда следующая? Как далеко поезд? Я сместилась к обочине и медленно побрела дальше. Возвращаться нет смысла, ровно как и нет смысла бежать вперёд. Ноги мои продолжили мерить метры, прежде чем вдали послышался стук колёс.
Я замерла в кустах орешника. Сама не знаю почему, но спряталась от поезда. Большая, железная, многотонная махина медленно скатилась по рельсам, и был этот поезд товарным... Я с интересом наблюдала за гружёным углем составом. Если не запрыгну на него - придется и дальше идти пешком.
Зверь взял верх.
Неожиданно даже для себя, я резко выскочила из за курсов и прыгнула на железное сцепление вагонов. Это получилось так быстро, ловко, что от волнения у меня сперло дыхание. Я замерла на перекладине. Подо мной мелькали шпалы, между мной было два вагона. Ну вот... Я снова еду.
В сумерках состав миновал Киров, среди ночи набрал ход и проехал мимо Перми, я спрыгнула на рассвете с состава, но не потому что нам было не по пути - я есть хотела.