Часть 19. Дорога через северные земли
Когда проснулась ранним утром, то от разочарования готова была застонать в голос. Ирдан! Почему ты так и не пришел в мой сон? Хотя бы там я могла ощутить твои сильные надежные руки, руки которые дарили столько нежности и ласки. Хотя бы там могла почувствовать твою поддержку, раз большего не дано, и жуткое одиночество, разрывающее душу, отошло бы на второй план. Конечно, видение Сариллы у твоих ног все еще болью отзывалось в сердце, но на фоне всего произошедшего в последнее время, она заметно поутихла и уже не приносила столько страданий.
А еще было очень-очень страшно оставаться с Гораханом наедине, ведь некому защитить и утешить. Все же я слабая девушка, которая уже не раз получала от него довольно увесистые и болезненные удары. А его попытка изнасилования? Да меня до сих пор нервная дрожь начинала колотить, стоило вспомнить о ней!
Я потихонечку приподнялась на локтях, ежась от прохладного воздуха, а, увидев, как на меня уставился горящим взором Горахан, быстренько опустилась на шкуру вновь. Он же резко поднялся и, сделав пару своих гигантских шагов, навис надо мной, уперев руки в бока.
– Признайся, дева! – Прорычал он. – Твоих рук дело – нападение на меня единорога?
Я только удивленно захлопала сонными глазами.
– Конечно, нет! Как я такое смогла бы организовать?
– Ты – видящая! – Ответил мне на это воин, словно считал, что моим даром можно объяснить любые чудеса этого мира. И пусть моя заслуга в его ранении, безусловно, была, я бы ни за какие коврижки не призналась в этом. Неужели он думает, что я враг сама себе и прямо сейчас под его пристальным хмурым взглядом выложу всю правду?
– И что? – С вызовом отозвалась я.
Мужчина тут же схватил меня за жилетку и, резко дернув, поставил на землю. Признаюсь, вновь затряслись поджилки. Я ведь действительно понимала, что от этого непредсказуемого человека можно ожидать любой гадости. Моих моральных сил на общение с ним уже не хватало и если он еще раз ударит меня, я просто, просто… расплачусь. Может, это и жалко, но я никогда не считала себя супергероиней и до попадания в этот жуткий мир самая большая физическая боль, которую я пережила – это разбитый нос в седьмом классе, когда подралась с Жанкой из-за того, что она у меня пенал стащила с новыми фломастерами. Поэтому огромный злой воин с перекошенным гневом лицом, нависающий надо мной, вызывал просто панический ужас перемешанный с безудержной ненавистью, который я старалась спрятать как можно глубже и не показывать ему. Больше чем уверена, узнай он о том, что я до смерти боюсь его, моя жизнь рядом с ним в ближайшую неделю превратится вообще в сущий кошмар.
Горахан продолжал буравить своим взглядом, все ближе склоняясь к моим губам. Я же поджала их и резко отвернулась в сторону, пытаясь сдержать рвотный позыв. Он и раньше был мне неприятен, но теперь, после произошедшего на берегу реки, стал окончательно отвратителен. Он скользнул губами по моей щеке и прошептал:
– Если бы ты была со мной чуть более ласкова, дева, я бы никогда не причинил тебе боли. Ты виновата в том, что рядом с тобой я не могу держать себя в руках. Ты виновата, что ради возможности обладать тобой, я даже предал клан.
– Проще всего обвинить в своих неприглядных поступках другого человека. – Ответила и с нескрываемым отвращением посмотрела прямо в его глаза. – Я не заставляла тебя продаваться, словно шлюха, повелителю северных земель и я не заставляла тебя подло и трусливо нападать со спины на Акрана. И заметь, я не заставляла тебя чесать об меня свои огромные кулаки и пытаться взять силой!
Ой! Что-то, похоже, я лишнего сказанула в запале своей ненависти, и теперь Горахан буквально затрясся от ярости.
– Ты, дрянь! – Заорал он прямо мне в лицо. – Не будешь проявлять ко мне почтение и уважение, как к своему будущему мужу, я об тебя еще разок кулаки почешу! Поняла?
Все же нашла в себе силы и благоразумие молча кивнуть. Глухо зарычав, он отпихнул меня в сторону и быстро удалился с поляны. Тяжело вздохнув и нервно передернув плечами от очередного пережитого мной кошмара в обществе невменяемого типа, встретилась с обвиняющим взглядом мага.
– Зачем ты его доводишь?
Проигнорировав этот вопрос, подошла ближе, решив попросить Микана об одном одолжении:
– Можно с вами на лошади поеду, а? Я же и пяти минут в его тесной компании не выдержу!
Маг усмехнулся, но все же решил взять меня к себе, мотивировав это вновь пришедшему в ярость Горахану тем, что у него серьезное ранение и хорошо, если он один сможет хотя бы несколько часов продержаться в седле, не говоря уже о путешествии вместе со мной. И ему ничего не оставалось, как согласиться с разумными доводами.
Пока мы в тишине завтракали хлебом и вяленым мясом, кутаясь в свои меховые жилеты под пронизывающим холодным ветром, Горахан не отводил от меня задумчивого взгляда. Он то пристально разглядывал мою многострадальную грудь, до которой без слез и дотронуться было не возможно из-за его грязных домогательств, то выглядывающие в разрезе юбки стройные ножки, облепленные шерстяными штанишками, то припухшие губы. Я лишь краснела и пыталась плотнее запахнуть жилеточку, да одернуть юбочку. Мне оставалось только догадываться о причине его блуждающего по моему телу взгляда. Может, он не находит отклика у своего завядшего дружочка после моей расчудесной травки? Если честно, других предположений не было, тем более буквально через минуту, этот бугай, ругнувшись себе под нос, стремительно метнулся в кусты, вызвав на моем лице довольную улыбку. Краем глаза заметила, как он положил руку на свою ширинку, прежде чем окончательно скрыться среди деревьев. Хихикая под нос и ловя на себе настороженный взгляд мага, с нетерпением ждала возвращения Горахана. И когда он, злой, недовольный и слегка растерянный явил нам свое лицо, окончательно поняла, что подарочек Контика оказал нужное действие и теперь воин еще неделю не сможет осуществить задуманное в отношении меня черное дело. Напевая под нос веселую песенку, почувствовала, как упадническое настроение резко стремится вверх и, протягивая руку магу и запрыгивая на лошадь, уже не с таким ужасом ожидала продолжения нашего путешествия. А уж когда увидела, с каким перекошенным от боли лицом Горахан забирается в седло, то и вовсе развеселилась, и даже его полный ярости взгляд не смог стереть с лица широкую улыбку.
В течение последующих нескольких часов мы медленно пробирались сквозь лес, так как дороги здесь не наблюдалось и приходилось объезжать множество неожиданно возникающих препятствий. То дерево поваленное перегородит путь, то широкий овраг, то россыпь огромных валунов. Горахан все это время морщился и кривился, не в силах устроить в седле свой продырявленный зад так, чтобы он не причинял боли. Мы потешались над его жалкими попытками занять более удобное положение уже вместе с Миканом, а когда воин приподнялся над седлом, уперев ноги в стремена и проехал, таким образом, не шевелясь, минут десять, то и вовсе откровенно заржали.
– Ну, что ты как измучился. Давай остановимся, подлечим твою рану немного. – Все же сжалился маг, на что получил в ответ лишь грозное, раздраженное:
– Нет.
– И чем ты спрашивается, так не угодил единорогу, что он тебе еще одну дырку в заднице проделал?
Тут Горахан уже злобно зарычал в нашу сторону и мы, пряча улыбки, продолжили путь в тишине. Я же мысленно возносила хвалу Контику, который так виртуозно отомстил за мою почти поруганную честь.
Еще через пару часов были уже на окраине леса. Перед нами расстилалось уходящее за горизонт поле, покрытое промерзшей желтой травой и многочисленными камнями. Только кое-где виднелись невысокие кустики с наполовину облетевшими листьями. Ледяной ветер моментально забрался под жилетку, заставив тут же задрожать от холода.
– Мы, что, в этом морозильнике прямо на земле ночевать будем? – Я ужаснулась подобной перспективе, ведь при таких низких температурах ни одна шкура не поможет и воспаление легких, а в лучшем случае простуда отчетливо замаячили перед глазами.