В таких беспокойных мыслях и прошел оставшийся день. Ночью же никак не могла уснуть, все время в ужасе представляя, как моя бабуля несется на огромных воинов с мечом в одной руке и щитом в другой, а потом ее неожиданно окружают и …. Дальше начинались слезы и я, наверное, раз десятый за последний час, вновь обещала себе больше не думать о подобном, но уже через минуту перед глазами вставала другая картина. Бабушка с Ирданом, спина к спине отбивают атаки многочисленных врагов, которые, словно саранча все прибывают и прибывают… Заругавшись на свое больное воображение, попробовала переключиться на что-то хорошее и принялась вспоминать поцелуи и ласки своего любимого повелителя. Только под утро забылась беспокойным сном, но уже буквально через несколько часов услышала, как в доме появились прислужницы, и со стоном поднялась с кровати, поняв, что больше ни за что не смогу уснуть.
Одевшись и позавтракав, отправилась в поля, чтобы там, на пригорке, откуда хорошо просматривалась вся дорога, можно было сидеть и ждать возвращения армии южных кланов. И ведь понимала, что сегодня они вряд ли появятся на горизонте, но ничего не могла с собой поделать и просидела до самого вечера в напряженном ожидании, вздрагивая от каждого шороха. Пира в этот день только успела поздороваться со мной, как муж велел ей незамедлительно отправляться в восточную часть полей, где снова появилась черная хворь. Пышечка только печально поглядела на меня своими изумрудными глазищами и вскоре исчезла.
Когда солнце клонилось к закату, решила, что уже пора возвращаться и, чувствуя, как от волнения дрожат руки и ноги, вновь побрела к пилому. У ворот встретил стражник и, недовольно уперев руки в бока, пророкотал:
– Я уже хотел на поиски отряд посылать, дева! Разве можно так надолго уходить! В следующий раз одну не отпущу, только с сопровождением!
Грустно махнула рукой, соглашаясь с любыми его словами, так как спорить совсем не было сил, и, не обращая на его хмурый взгляд никакого внимания, молча проследовала к жилищу знахаря, так как решила, что пора бы и справиться о здоровье Акрана. Старика встретила возле его дома. Он аккуратно связывал свежие травки и цветочки в пучки и развешивал их на своих многочисленных веревочках, для того, чтобы они подсохли на солнышке. Узнав, что воину намного лучше, и он сейчас спит, отправилась во дворец.
Ночь также прошла в одних сплошных кошмарах и несколько раз даже вскакивала в постели с криком и в холодном поту, чувствуя, как от ужаса и переживаний скручивает внутренности, а тело сотрясает нервная дрожь.
И только ближе к обеду следующего дня, когда с красными от слез глазами сидела в столовой и пыталась проглотить хоть что-то из еды, на весь пилом раздался протяжный вой рога. Выронив на пол из задрожавшей руки кружку с чаем и не помня себя от волнения, стрелой помчалась к воротам, где уже начали собираться люди. В основном женщины и дети, которые так же, как и я с нетерпением ждали возвращения своих мужей и отцов домой.
Тут вдалеке показался многотысячный отряд воинов, во главе которого на жеребце величественно и горделиво восседал Ирдан. Его я узнала по развивающимся черным волосам и широкому развороту плеч, покрытых татуировками. Хотелось помчаться навстречу с диким криком счастья, но сдержала свой порыв, решив не ставить его в неудобное положение перед подданными. Но когда они уже приблизились на достаточное расстояние, а шум толпы, непрекращающийся ни на секунду вой рога и стук мечей о щиты воинов, оставшихся на защите поселения, болезненным звоном стали отдаваться в воспаленном от нервных переживаний сознании, я все же рванула на встречу к нему, выкрикивая только одно:
– Ирдан! Ирдан!
Уже через пять минут меня на скаку подхватили подмышки и втащили в седло.
– Василиса. – Прошептал он мне в макушку, с наслаждением вдыхая мой запах. Успела увидеть, что у него перебинтована рука и в волнении обернулась:
– Ты ранен! – Охнула, в ужасе разглядывая выступившую кровь.
– Пустяки! Главное, мы победили!
– Как бабуля?
– Получила легкое ранение в бедро. Ничего серьезного, не переживай. – Быстро добавил он, услышав мой очередной горестный вскрик, и нежно дотронулся до щеки горячими губами, отчего все тело моментально покрылось мурашками.
На этом наш недолгий разговор пришлось прервать, так как мы вступили в живой коридор из вопящих от радости жителей пилома. Мы вновь проследовали на широкую площадь вместе с главами и воителями кланов, а так же с самыми приближенными воинами, коих было не меньше трех сотен. Остальные остались за пределами поселения, принявшись разбивать временный лагерь. Уже на рассвете, как успел шепнуть повелитель, после массовых гуляний и празднеств, они должны будут разъехаться по своим землям.
Он ловко соскочил с жеребца и словно пушинку, снял следом с него и меня, ненадолго задержав в своих объятиях. С трепыхающимся от бесконечного счастья сердцем ощутила под своей ладошкой его твердую мускулистую грудь и прижалась так тесно, как только могла. Среди спешившихся воинов, затопивших площадь, разглядела бабулю и под понимающим взглядом Ирдана принялась пробираться в ее сторону. Она со слезами на глазах протянула ко мне руки и я, уже не сдерживаясь, зарыдала в голос и крепко обняла свою роднулечку.
– Ирдан сказал, что тебя ранили. – Причитала я, склоняясь над ее ногой.
– Ничего серьезного. – Отмахнулась она, схватив меня за плечи и поднимая обратно вверх.
– Что с Лакразаном? А с Гораханом и Миканом? Что вообще сейчас твориться в северных землях? – Сыпались из меня вопросы. Бабуля улыбнулась, погладив меня по голове, и приставила палец к губам, взглядом показав на деревянный помост, куда уже взошел повелитель. Над площадью моментально повисла тишина и даже плачущие от радости и причитающие от горя потери женщины резко затихли.
– Жители правящего клана Рагвазар! – Начал Ирдан, обводя острым взглядом толпу людей. – Сегодня мы с вами празднуем победу над северным народом! Больше не будет опустошающей земли границы и больше не будет кровопролитных стычек между нами. Конечно, для восстановления дружеских взаимоотношений должно пройти время, но я постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы прежняя дружба между нашими кланами возобновилась как можно скорее! Сейчас с нами вернулась лишь часть войска. Остальные под командованием моих верных соратников, наводят порядок у северян и устанавливают новую власть. Повелитель Лакразан, который и развязал эту многолетнюю вражду, убит мной на поле боя! Его войско разбито. Те, кто добровольно не сдал оружие и не был готов к тому, чтобы жить и служить под моим началом, были казнены на месте. Вскоре необходимо будет назначить нового наместника северных земель, и для этого мне потребуется вернуться туда. Пока же, сегодняшний день объявляется свободным от работы и вскоре здесь, на центральной площади в честь великой победы будут накрыты праздничные столы, а я из своих личных запасов преподнесу всем подарок в виде нескольких бочек сидра! Гуляйте и развлекайтесь!
– Ура! – Взревела толпа людей.
– Да здравствует повелитель! – Подхватили присутствующие воины и вновь застучали мечами о щиты. Ирдан быстро сошел с помоста и подозвал к себе нескольких человек. Вскоре он раздал нужные указания, и пружинистым шагом направился в мою сторону. Его лицо было усталым, но лучилось такой любовью и счастьем, что на миг даже дыхание перехватило. Он подошел и бережно прижал к себе, проведя горячей ладонью по спине, заставив задрожать от нахлынувшего острого желания. Как же я по нему соскучилась! И даже не расходящаяся с площади толпа людей не стесняла и не мешала мне наслаждаться его прикосновениями.