Факт того, что это мясо оказалось именно в моем меню, может говорить о том, что в зверушку могли быть занесены какие-либо яды или бактерии, и бандиты, зная то доподлинно, или просто решив не испытывать судьбу, отдали проблемное животное мне на съедение. С другой стороны, говорить о данной версии с полной уверенностью я не могу, поскольку до сих мне было предоставлено все несколько кусков конины, и я не знаю запасены ли они для меня еще и сколько. Мне даже не известно то, перепала ли лошадь хоть в каком-то проценте остальным бандитам, так как кухню всегда располагают далеко от меня, а в разбойничьи тарелки я не заглядываю – делать мне нечего. С запахом тоже все сложно, поскольку едят они обычно супы, которые разобрать на ингредиенты я, как минимум пока что, не в силах. Да и к кормежке претензий никогда не имел. Короче, грустно, но вкусно. Лошадке вечная память – мне полный живот.
И пусть мои размышления о еде могут показаться продуктом психологии некоего духовно сломленного и подневольного существа, готового лизать бившую его руку за кусок сала, я уверяю – подобное предположение очень далеко от истины. Кастер и его шайка поплатятся за мою боль – это отныне не что иное, как нерушимая истина, банальная и не нуждающаяся в лишнем подтверждении или упоминании, подобно тому, как 2*2=4, или утверждению, что Солнце встает по утрам, а садится вечером. Но в данный момент я бессилен, а лимит тихих проклятий уже достигнут. Так что, пока есть возможность, я буду наслаждаться жизнью и короткими мгновениями спокойствия, возмездие же дождется лучших времен…
***
На четвертый день после неожиданного марш-броска наш маленький отряд наконец вздохнул с облегчением. Неведомая угроза снизила свои обороты устрашения и актуальности. Для всех, кроме меня. В моем случае испытания только начинались. У Кастера, видимо, без моего избиения кулаки чесались сильно, а потому, как только бандиты успели обустроить очередной временный лагерь, меня вытолкали наружу и начались, порядком подзабытые мною за прошедшие безоблачные дни, процедуры абьюза.
Сейчас Гром, уже немного раздраженный, швырял в меня камни, пытаясь заставить напасть на него. Он уже отдал приказ остальной шайке продолжить ранее прекращенный прицельный огонь по мне булыжниками, но, к великому несчастью ненавистника, я обращал внимание лишь на его броски. Остальные, за исключением Борка, крайне редко участвующего в данных празднествах, в том числе отсутствующего и сегодня, не могли нанести мне никакого реального вреда, боль же я стерпеть готов. Я же никуда не спешу, ловко уворачиваюсь от всего, что может угрожать моему благополучию, и жду момента, пока Кастер сам сделает первый ход.
Это цирк длится уже приличное время. Часов при себе не имею, но запас камней давно израсходован. Приближаться ко мне, чтобы подобрать лежащие каменюки, никто не решается. Поэтому бандюги стоят и смотрят. У Кастера горка снарядов персональная, но и она подходит к концу. Проходит еще немного времени, последний камень поднимает пыль у моих ног – почти попал!
Кастер недовольно цокает, после чего, внимательно меня осмотрев, разражается неудержимым хохотом. Конченный псих, абсолютно неконтролируемый и без царя в голове.
- Ха-ха-ха, хорош, мальчик! Хорош! – Кастер неожиданно замолкает и продолжает, - По-взрослому, значит, хочешь? Ну хорошо – не разочаруй меня, - Гром срывается с места и бежит на меня.
Быстро, очень быстро. Сначала медленнее, но я знаю, он может лучше. Он ждет момента, планирует подобраться поближе, после чего нанести обескураживающий удар.
Сейчас!
Я был готов к этому, «тренировки» научили меня быть настороже в любую секунду боя, но даже так среагировать удалось с трудом. Кастер чертовки опасен. Он даже не пытался ударить – нет! Подобно тарану пронесся по лесной траве и остановился ровно на том месте, на котором я стоял прежде. Даже руку не заносил. Это плохо. Гром, значит, даже не планировал застать меня этой атакой. Очередной «тест», проба пера, банальное издевательство над слабым противником. Ненавижу. Лыбится. Стоит и лыбится.
Плохо!
Очередной резкий выпад. Я слишком сильно задумался. Кастер ринулся на меня и параллельно, чуть вбок, бросил рядом лежащий камень. От выпада я успел увернуться – звериные инстинкты, к счастью, работают исправно, а вот камень не заметил и он поцарапал бок. Ничего страшного, всего лишь немного крови, но это не более чем везение. Будь я чуть менее удачен, или наоборот, Гром чуть более точен, ранения могло было быть куда более серьёзным. Кастер опять ждет. Дразнит меня. Я стою на месте, все мои мышцы находятся под адским давлением, тело напряжено.