— Ты неправа! — пройдя полпути, заговорил наг. — Ты жена Владыки, я просто, не имею право, не смею надеяться, на то, чтобы называться любимым мужчиной, такой как ты. Владыка Рамирус меня убьёт!
— Он всего лишь мой седьмой муж, — грустно улыбнулась белянка. Один из… кому она не нужна. — Вот эта хижинка моя, тебе в ней будет тесновато, но, как у нас говорят, в тесноте, да не в обиде. В общей большой хижине девушки проводят свободное время. Красный Песок, конечно, будет недоволен, что в его жилье посторонний мужчина, но думаю, что это мы уладим.
Жёны хозяина хижины уже проснулись, дети бегали, заглядывали в кипящий казанок. Лиска представила им своего гостя. Сказала, что нага зовут Вист, и он некоторое время поживёт с ней. Девушки уставились на змеелюда, как на произведение искусства. Красивый змей. Змеиный хвост завораживал, а так, как он немного нервничал, то и конечностью постоянно перебирал. Как удав Ка перед обезьянками из мультфильма про Маугли.
Недовольство возникло только от того, что нагу пришлось выделить порцию.
— Отдыхай пока, а я пойду на смотровую площадку, послушаю ветер, — проследила Лиска, как наг, свернувшись кольцами, размещается в её хижине. Он всю ночь не спал, подкрадываясь к поселению орков. Да и в чистом поле спать, так себе. Вдруг, какой зверь хищный нападёт?
Взобралась Лиска и уселась на каменное ограждение. Ветер трепал её волосы. А она закрыла глаза, и вслушалась в пространство. Недруги Красного Песка ждали его воинов именно сегодня. Значит, в посёлке «крот».
Глава 9
Мир другой, народы разные, даже магия есть, а проблемы извечные. Кому-то нужна была территория, кому-то ресурсы. И политика…
Лиска вздохнула, если не защитит она своё, очень скоро её саму попытаются подмять. Уже пытаются. Шамиль фактически управляет Соколиным царством. Как уж на сковороде крутится. Ищет союзников, подкупает шпионов. А она… начертила новую карту местности. Каждое поселение орков от другого находилось, приблизительно, в сутках или двух быстрого бега. Где-то двадцать-тридцать километров. Прогнала она свою «птичку». Так далеко, как хотелось бы, всё равно не смогла заглянуть.
Улыбнулась сама себе белянка, вспомнив про свои маленькие крылья. Размечтавшись, когда-нибудь почувствовать в них ветер, почувствовать, как они развернутся в полную мощь и поднимут её в облака.
Спрыгнула она с ограждения. Пошла к сидевшему старику. Курт ходил по поселению, осматривал, всё ли в порядке. Может, кому помощь нужна? Нужна, нужна, поманила одна женщина его к себе…
— Доброе утро! — присела белянка рядом со стариком.
— Они сегодня всё равно попытаются выйти, — предупредил дед, выпустив дым. Толстая сигара неприятно пахла. Но Лиска даже нос не поморщила.
— Думаю, что сегодня это уже будет не так важно, они всю ночь прождали, и отсюда их тоже не успели предупредить, кто-то информацию сливает, — вздохнула белянка, наблюдая за поднявшейся в воздух соломинкой. — Скоро гости придут, пригонят несколько голов скота, одна животинка будет ранена, и они попросят разделать её прямо в вашем поселение, а к вечеру придут остальные, обвинят весь посёлок в краже чужого скота и нападут.
— Почему ты не рассказала это Курту, — выдохнув сизый дым, спросил её старик, хотя сам прекрасно знал, почему. Он вспыльчивый, и может дров наломать.
— Тогда он будет готовиться к нападению, если поверит, но при любом раскладе ваш посёлок не выстоит, когда на него нападут, — вздохнула Лиска, не сказав, что даже если она встанет на защиту. Встанет, не встанет. Жертв не избежать с обеих сторон. А это плохо. Ведь у проживающих орков в этом посёлке родня во всех остальных. Каждый может быть предателем, на любого местного могли надавить или пообещать что-то.
— Ну и что по твоему правильно, открыть ворота и встретить их не подготовленными? — затушил старый воин сигару о землю. Сам он уже представил, как заберёт его смерть с оружием в руках. Хоть умрёт, как воин! За внучку, конечно, обидно. Она ещё жизни не видела. Но надеялся орк. Что хотя бы женщин с детьми недруги пожалеют.
— Никого они не пожалеют, им не нужны свидетели их преступления, — убила все надежды белянка. — Но ворота придётся открыть.
Старик понимал, что если даже жители посёлка попытаются сбежать, далеко они не уйдут. Надо же собраться, а у них всего пять тягловых ящеров. С собой надо везти воду, пропитание, тащить чуть ни на себе немощных. Их со старухой так точно. Или бросить. Если на то пошло, он согласен остаться, и его старуха, подумал за неё, она тоже его не покинет. Вместе до последнего вздоха! Хотя, конечно, если поговорить с заговорщиками, что они уходят. Подумал, что, может, остальным дадут время уйти. Только куда уйти? В пустыню? Где нет ни воды, ни еды, где бродят стаи песчаной нечисти. Это смерть!