— Ну, всё, я побежал, — поднялся внук и быстрым шагом пошёл в сторону ворот, где уже собирались сородичи. Стоявшим же рядом младшим ребятам он кивнул, чтобы глаз не спускали с незваного гостя. Те кивнули в ответ, гордо поправляя топоры на поясах. Молодые они, но им доверили важное дело: за самим драконом присматривать.
Даже мухи с комарами не летали здесь. Облизался дракон языком, поглядывая на суетящихся орков. Практически все мужчины были высокими и крепкими с тёмно-красной загорелой кожей, грубой, как кирпич. Ручища… буйвола сразить можно. Но хорошей развитой мускулатурой обладали только старшие орки-воины. Правильно, для массы важно хорошее питание. Развитие. Нет! Будет орк доходяга. Курт и ещё пятеро обладали выдающимися данными. Другие… ни ростом, ни статью, ни силой не могли похвастаться, и больше на худощавых смуглых эльфов были похожи. И, между прочим, достаточно смазливых. Лиска в образе дракона хорошо видела связи. Кроме важного питания тела, им требовалась и энергетическая подпитка от самой матушки-земли, а тут с землёй что-то неладное творилось. Сама ли она истощилась или помогал кто? Магические ураганы, напитанные тёмной магией, не просто так возникали. И реки просто так не высыхают.
Подростки до какого-то момента смотрелись одинаково тощими веточками, что девушки, что юноши. А женщины… амазонки! Крепкие фигуры с тонкими талиями. Высокие пышные груди, крутые бёдра. Образ бразильских танцовщиц всплыл в воспоминаниях. И никаких тяжёлых надбровных дуг и подбородков, как у некоторых особо колоритных громил. Да и у не всех мужчин такое имелось. Почти у всех женщин симпатичные лица с большими яркими глазами и пухлыми губами. Но оскал у них хищный, с выступающими вперёд клыками. Такие специфические улыбки не портили внешность. И ушки… не такие длинные как у эльфов и нагов, но тоже остроконечные. И разного оттенка у них, что волосы, что глаза. Вот именно глаза могли соперничать своей красотой и яркостью с другими магически одарёнными существами, хоть с эльфами.
Старуха с внучкой некоторое время сидели друг против друга по-турецки, и пожилая женщина нашёптывала родной душе молитвы к духам воды, ветра, земли. Учила она «обращаться» с просьбой к ним.
«Заклинательница!» — проследила Лиска за магическими потоками. И внучка тоже. Перевела она взгляд на видневшийся колодец с водой, от которого чувствовалась магическая сила старухи. Вечером пожилая орчанка опять будет сидеть у него, нашёптывать духам воды просьбы, чтобы дали живительную влагу. Но на деле, она сама того не понимая, будет своей силой тянуть из подземного источника питьевую воду. Только интуиция осталась у неё, только память о ритуале. Но, конкретно, что сама делает, она, скорее всего, не понимала.
В записях говорилось, что орки переселились с медленно погибающего мира. Так что выживание для них обычная жизненная ситуация. А живут они, как магически одаренные люди, лет до трёхсот-четырёхсот. Но если у них связь с землей, как у оборотней между двумя сущностями, налажена прочно, то и жизнь и качественная, и неимоверно долгая.
И что Лиске понравилось. Некоторое равноправие у них имелось между мужчиной и женщиной. Дочери, так же, как и сыновья, являлись наследниками своих родителей. Имели право голоса. Могли выбирать себе мужчину. Могли выходить замуж. Могли просто сожительствовать. Могла замужняя женщина уйти от мужа. Но тогда, такой клеймо на лбу ставилось. Отношения между взрослыми партнёрами не осуждались. Тут всё зависело от состоятельности обоих. И дети, это забота женщины, тем более, если мужчина не признал ребёнка. Признал, не признал? Дети у них рождались часто. Но имелась проблема. Новорожденные малыши, особенно мальчики, были очень крупными. И нормально выносить, и тем более самостоятельно родить — то ещё испытание. Так что в какой-то момент получился перекос в сторону девочек. И достаточно большой.
Имелись в племенах свои традиции. Девочкам на совершеннолетие должны подготовить приданное, в которое обязательно входила хоть одна молочная скотина. Но если дочка сбегала из семьи… такую не то, что оставляли без ничего. Любой мужчина, который её поймает, мог присвоить, привести в своё поселение и объявить её своей наложницей. И до рождения ребёнка от хозяина она будет считаться в таком поселение бесправной жительницей — рабыней.
Ощерился дракон. Догнать беглянку, пока она не попросила убежище в каком-нибудь поселении, — это одно. У каждой женщины на поясе висел небольшой разделочный топор. И не сомневалась Лиска, что применять они его умеют. Гордые! Воинственные!