- Ну всё езжай!
Отхожу от машины и смотрю как он выезжает на дорогу. Провожаю взглядом пока он не исчезает из виду, только тогда захожу домой. Улыбаюсь как дурочка охранникам, они смущённо отводят взгляд. Похоже у нас с Темой были невольные наблюдатели. Плевать! Я сейчас чувствую себя абсолютно счастливой! Даже не помню когда меня последний раз переполняло это чувство! Хочется летать, петь, танцевать! Даже недовольное лицо Тамары пока она накрывает мне завтрак не может развеять эйфорию. Телефон пиликает входящими сообщениями - Тëма пока едет, пишет мне всякие милые пошлости и у меня рот не закрывается от широкой улыбки. Моё утро началось прекрасно и я больше не чувствую себя уставшей после бессонной ночи.
Когда звонит Гладких - наш мэр, я уже позавтракала и оделась, готовая навестить Алёшу.
- Василиса, доброе утро! - бодро здоровается он. - Звоню обрадовать тебя! Ребёнка можно везти на операцию. До конца недели документы будут собраны!
- Благодарю от всей души Сергей Сергеевич! Спасибо вам огромное!
- Ну что ты Василиса! Не стоит!
- А я могу сопроводить Алёшеньку? - неожиданная идея рождается в мозгу. Мне кажется я уже не смогу без этого малыша. Ещё более безумная идея зарождается во мне, но я пока её не развиваю. Подумаю об этом после операции.
- Василиса ты ни кто малышу. Ни опекун, ни родственник. Я даже не знаю!
- Я поняла Сергей Сергеевич!
Полечу сама решаю я. Никто же меня не прогонит. Алешеньке нужен будет уход после операции и я как нибудь договорюсь, чтобы меня к нему пускали. Спешу обрадовать Зою Вячеславовна, она даже плачет от счастья! Всё так складывается удачно, у этого малыша сильный ангел хранитель.
Уже в больнице никого не слушая, наконец беру Алёшеньку первый раз на руки. Он улыбается мне и я моё сердце ожидаемо тает. Целую мягкую щечку и вдыхаю неповторимый детский запах вперемешку с едким запахом больницы. Прижимаю тепленькое тельце к себе и уже твёрдо знаю, что никогда больше не отпущу его и никому не отдам. Он мой, мой сыночек! Решение усыновить Алёшеньку становится как никогда твёрдым.
Глава 36. Василиса
Шесть часов! Уже шесть часов как идёт операция, а я сижу возле дверей кусая губы и каждый раз вскакиваю, когда двойные двери открываются и появляются медсестры. Но мне никто ничего не говорит, поэтому я терпеливо жду. Периодически ко мне подходит кто-то из медперсонала, предлагают кофе, но у меня в горле ком, ни есть, ни пить не могу. Алёшенька под наркозом шесть часов, его оперирует команда опытных хирургов, самых лучших, но даже этот факт не отменяет моего волнения.
- Всё будет хорошо! - как мантру повторяю я себе. Тëма мне тоже сказал по телефону, что волноваться не стоит, прогнозы у ребёнка очень даже хорошие. Мне сейчас очень на хватает Артëма и как назло его телефон тоже молчит, звонила несколько раз, он не отвечает.
Уже неделя как я в Израиле, практически поселилась в этой больнице и это время мы не так часто созванивались с ним. Я переживаю, что он отдалился от меня, иногда проскальзывает мысль, что Тëма ревнует меня к Алëше. И я до сих пор не сообщила ему, что собираюсь усыновить малыша. Если честно очень боюсь его реакции, даже не знаю, что буду делать если Тëма не поддержит меня. Естественно каждый мужчина хочет своего ребёнка, плоть от плоти, кровь от крови, но я сомневаюсь, что смогу ему родить. Столько лет не получалось и я уже отчаялась.
Когда наконец открываются двери операционной и оттуда выкатывают каталку с Алëшенькой, мое сердце на секунду перестает биться. Потом срываюсь и бегу навстречу. Он все еще без сознания, лежит вниз лицом, какие-то трубки торчат из маленького тельца, капельницы вливают в него лекарства. Хочется плакать от этой страшной картины, но я беру себя в руки и понимаю, что Алëше только что подарили шанс на здоровую жизнь! Медсестра мягко просит не подходить слишком близко и я отступаю прижав руки ко рту. Пара слезинок срываются с глаз, не могу сдержаться.
Следом выходят хирурги, на ходу снимают многослойные маски, перчатки и халаты. Они уставшие, но на их лицах я вижу довольное выражение от успешно проделанной работы. Хочу обнять каждого, подхожу и благодарю. Они улыбаются, ободряюще хлопают по плечу. Еще один хирург выходит самим последним. Он снял только халат и перчатки, за маской видны только глаза. Карие глаза с зелеными крапинками! Артем! Это же мой Артем!
- Тëма!!! - под удивленные взгляды его коллег бросаюсь ему на шею.
Сразу же чувствую как сильные руки подхватывают меня и крепко прижимают к твердой груди!
- Моя любимая!
Снимает маску и хитро смотрит на меня, глаза насмешливо блестят.