- А ты не мог отложить это дело? - Скривился Васка.
Он даже знал, почему Ложка об этом заговорил. Наверняка Кира подсказала. Иногда ее советы были некстати, особенно когда их получал кто-то другой. Это было как будто... как будто он брал замок, а какой-то гад с его стороны переправлял осажденным прорву, просто прорву еды. По реке.
Так, что? Королевский банк? То есть тот, что в Аллаксе? То самое ограбление? Да того парня, которого только заподозрили в пособничестве, вздернули без суда и следствия и трубили об этом на всех углах!
"Я же не один его брал", - хищно ухмыльнулся Ложка, - "В другие дни парням было неудобно, пришлось бы возиться гораздо дольше, а у них дома жены со скалками, дети голодные: разве можно было их задерживать?"
- А меня, значит, можно кидать. - Голос предательски дрожал.
Васка никак не мог до конца поверить.
"Ты - не жена и не ребенок".
Этого просто не может быть. Ложка не мог участвовать... но ответственность за ограбление действительно взяла какая-то кукская банда! И теперь-то он понимает, какое счастье, что их безумному главарю просто никто не поверил. Неужели Шектах и был его главарем? А Ложка был другом главаря банды, обнесшей королевский банк в Аллаксе?
Невозможно, невозможно!
- Что-то я не вижу у тебя на шее ничего, кроме ожогов. Что, часто получаешь благодарности от жены? От детей я уже видел, шарахаешься. - Теперь пришел черед Васки с деланым безразличием пожимать плечами. - Если ты пытался что-то сделать ради того, чтобы загладить вину - у тебя не получилось. С банками лучше выходит, чем с людьми, да? Им плевать, как именно их вскрывают?
"Я банкрот, брат. К сожалению - я полнейший банкрот. Я ничего... Я не знаю, как из этого выпутаться. Я близок к тому, чтобы собрать шайку и вскрыть какой-нибудь банк. Снова".
Он помассировал виски.
"Понимаешь, у меня есть такая возможность и нет других. Я... привык так решать проблемы и совершенно разучился решать их иначе. За мной пойдут".
- Почему ты так уверен? - Недоверчиво спросил Васка, внезапно осознав: брат совершенно серьезен.
То есть, он не просто рассматривал этот вариант.
Он уже его спланировал.
И нет смысла закрывать глаза на очевидное. Перед ним сидит самое лучшее на свете доказательство и старательно выплетает криво сросшимися пальцами:
"Был человек, который был во мне уверен, и иногда мне кажется, что он был прав".
- Как вовремя я приехал. - Протянул Васка. - Нет, он был не прав. Ты так семью не подставишь, понял? Тебе есть, кого подставлять. Только попробуй, и я вытрясу из тебя душу. Ты-то, может, и возьмешь - но и тебя возьмут!
"Они возьмут Шелли, а не..."
- А да, а то что твоими особыми приметами можно исписать амбарную книгу - этого ты не учел! То, что ты уже вернулся, как Диерлих, и тебя уже знают, как немого Диерлиха с искалеченной рукой! Ты - Диерлих и никуда ты от этого не денешься! - Рявкнул Васка, - Я не понимаю, ты что, уже года три как пытаешься совершить какое-то ритуальное самоубийство? Вот почему ты на Кови женился: подумаешь, на ком, если труп, труп вообще можно в расчет не брать? Ты жить-то начинать как, планируешь, или все кладбище поприятнее выбираешь? Мне не нужна жертва, да никому здесь не нужны твои жертвы, Ха тебя раздери, хватит играть в тупую дохлую овцу! Я приехал советоваться с живым, что б тебя, здоровым на голову братом, что делать с Ха-мельницей! Я думал, я, Ха-свидетель, я надеялся, у меня тут уже племяш появится наконец, а ты ведешь себя как жертвенная девственница и еще недоумеваешь, как же это так, Ковь почему-то жжет и горит, на тебя, бедного, наверное, срывается, как будто ты обычный человек, у которого есть жена, приемная дочь и брат! Да пойми ты, они-то у тебя есть, а вот того обгорелого парня ты убил, все, он труп, ты нет! На тебе ответственность, чтоб тебя Ха побрал, ты - старший Диерлих и никуда от этого не денешься и в склеп не спрячешься!
Он уперся ладонями в стол.
- Да если б у меня тут была хоть капля магических способностей, Кит, тут бы все не просто горело, тут бы полыхало все синим пламенем, я не понимаю, как Ковь сдерживается. Твои одолжения такие... такие... Да пойми ты наконец, что ты паня не потому, что наделал кучу одолжений, а потому, что Эха к тебе тянется! Ковь мне отказала не потому, что я младший сын и не получу наследства, а потому что зачем ей сдался фиктивный брак?
Васка глядел в непонимающие глаза Ложки и понимал: бесполезно. Он не угадал, или угадал не до конца, или высказал угаданное не теми словами, и оно никак не дойдет до брата.
И тогда он вытащил последний козырь.
- Ха-свидетель, ты же всегда был умнее меня, ты же знал, что будешь законником еще до того, как я родился. Почему бы тебе не продолжить быть законником?
"Без языка?" - Вскинул брови Ложка.
Наконец-то хоть какая-то реакция. И Васка продолжил, стараясь не глотать слова в спешке.
- Кого волнует язык? Разве нет такой разновидности вашей братии, которая работала бы с документами? Разве, - Васка понизил голос, - Ты не можешь помогать местным парням с чем-нибудь... бумажным?
"Фальшивые деньги? Документы?" - Ложка рассмеялся, - "Ты желаешь мне не просто смерти, но мучительной смерти?"
- Разве у вас... нет... э-э-э... документации внутреннего пользования? - Удивился Васка.
Ложка замер.
"Я помогал с составлением одного крайне интересного договора... Земельное право, ха! Когда-то я хотел на нем специализироваться... пока меня не потянуло в уголовщину", - Начал было он, - "Но не думаю..."
- Ну так и не думай. - Васка пожал плечами. - Пусть поиск работы будет твоей проблемой, а этого разговора не было. Надеюсь, я сейчас ударюсь случайно виском о какой-нибудь камень и все забуду, потому что это не то, что нужно помнить двоим. Ковь дома?
Васка решил не думать о том, насколько его мало беспокоит мысль, что именно делал брат, когда его потянуло в уголовщину. В конце концов, это уже кончилось? И вряд ли Ложка делал это сам и по своей воле. Даже если и были трупы кроме того упыря - ну так и Васка из Кьяксона далеко не чистеньким вернулся. Если бы Ложкин дружок был жив, у него были бы все причины Васку ненавидеть.
Наверное, это трусость: не думать, не придавать значения грехам близких. Но если не простит он, то кто? Уж явно не сам Ложка. Наверное, это одна из тех вещей, о которых стоило бы спросить бога. Ну что же, когда Ха встретится на Васкином пути, он обязательно спросит. Может быть, после смерти и посчастливится узнать, все ли правильно он сделал. А пока он не будет об этом думать.
"Должна уже возвращаться из Школы", - задумался Ложка. - "Когда она одна, она не ходит через рынок, она ходит по Синей улице. Пойдешь по ней - ее встретишь".
Хорошо, что он сказал улицу. Читать посреди Столицы поисковую молитву совсем не то, что читать ее в маленьком провинциальном городишке, где на всех Богов один прогнивший Храм стоит.
- Ты..?
"До речной твари тебе еще далеко. Ты не настолько убедителен и не так точен. Все не решается так просто", - покачал головой Ложка. - "Но я обещаю подумать о том, что ты сказал".
Васка пожал плечами.
- Дело твое.
"Действительно мое", - улыбнулся Ложка уголком рта. - "Не лезь в него больше, пока не потонул с головой".
Васка презрительно хмыкнул, осторожно открыл дверь, чтобы не ушибить случайно Кирочку (и угадал - конечно она подслушивала сама, хотя она бы назвала это скорее наилучшей в мире защитой от чужого подслушивания), а потом аккуратно ее закрыл. Постоял немного, опершись на дверь спиной, подмигнул русалочке - та мученически скривилась, как будто у нее уже недели три болел зуб.
Ну что же, надо идти, а то он не успеет встретить Ковь на улице.
А дома она ему задаст жару. Васка машинально провел рукой по жесткому ежику остриженных черных волос, и Кирочка хихикнула, будто догадавшись, о чем он думает.