Печенье на Зажинки напекли в пятницу, с утра, и до обеда развлекались с разноцветной глазурью. Зорька скучал, дважды звонил, отвлекая от кулинарных затей, ныл, что Светозар заставляет его выходить на патрулирование на лапах, а ему хочется с автоматом и в бронежилете. Веронике хотелось, чтобы Зорька вообще никуда не ходил, а сидел у нее дома под боком, однако она об этом благоразумно помалкивала и дразнилась описаниями печенья.
Беда настигла в пять пятнадцать пополудни, когда Вероника закончила украшать домашний алтарь. Мачеха крикнула:
– Ника! В новостях сказали, что в Ключевых Водах грузовик на набережную въехал. Пострадали четверо прохожих, двое невооруженных полицейских и пятеро сотрудников спецподразделения.
Вероника просмотрела записанную новость и осела на пол, одновременно набирая номер Светозара. Кадры с камеры наблюдения возле ярмарочных рядов были закольцованы. Она слушала длинные гудки и смотрела, как маленький грузовик проскакивает между двумя бетонными тумбами, обдирая бока, как разлетаются в стороны зазевавшиеся люди, как из кабины в толпу летит какой-то предмет, похожий на небольшой рюкзак.
Зорька в ошейнике-воротнике, защищающем от ножевых ранений, взвился свечкой и перехватил рюкзак на лету. Вероника видела, как он не устоял на лапах после приземления, покатился кубарем и попал под колеса давшего задний ход грузовика – кто-то из спецназовцев вышел на середину улицы и начал стрелять в лобовое стекло из пистолета. Еще один волк в ошейнике прыгнул, пытаясь достать водителя через открытое боковое окно. Террорист выстрелил в упор, волк упал на землю, обливаясь кровью – вероятно, пуля зацепила артерию.
Грузовик рванул с места и почти смял стрелявшего в него спецназовца. Оборотень в экипировке не позволил себя задавить, зацепился за капот и совершил кувырок, выбивая телом простреленное лобовое стекло. К месту происшествия подбежали еще двое – Веронике показалось, что это были Цветан и Мохито, но она не стала бы клясться. Медведи уперлись в кабину, заставили забуксовать движущийся грузовик, с дружным ревом приподняли его над мостовой и повалили набок. В этот миг – при первом просмотре – Веронике показалось, что все закончилось. Закончилось относительно хорошо – к валявшимся на асфальте волкам уже бежали врачи из стоявшей неподалеку «Скорой помощи».
И в этот момент грузовик взорвался. Крыша кабины снесла парапет, Мохито и Цветан полетели в стороны – как тряпичные куклы. Поваливший дым не позволил увидеть, зацепило ли Зорьку и второго волка. Что случилось со спецназовцем, впрыгнувшим в кабину, Вероника боялась даже думать.
Телефон Светозара не отвечал. Как и телефоны Зорьки и Мохито.
– Я лечу туда, – отрываясь от телевизора, сказала Вероника.
– Я уже позвонила, чтобы готовили вертолет. Может быть, кому-то из нас полететь с тобой?
– Нет, – отказалась она. – Не надо.
В полете Вероника то давила рыдания, то злилась на себя за то, что не попросила Зорьку или Мохито купить Ватрушке телефон. Сейчас бы можно было набрать номер – не ради новостей, хотя существует вероятность, что в части уже что-то известно, а для того чтобы утешить. Льняная медведица наверняка убивается по своему Мохито.
Светозар перезвонил, когда они уже подлетали к Ключевым Водам.
– Переломы, повреждение позвоночника, – быстро сообщил он. – В сознании, контролирует превращение, через три дня будет как огурчик.
– Медведи?
– Контузия, ушибы.
– А остальные?
– Гвидон и Вацек в реанимации.
Больше ничего узнать не удалось: Светозар нажал на отбой, а Вероника поняла, что для нее сделали серьезное исключение из правил, и не осмелилась требовать еще каких-то подробностей. Зорька жив, более-менее цел, в больницу прямо сейчас все равно не впустят. Надо ехать в дом на пригорке – вот и пригодился, не зря все-таки купила – идти в гости к Ватрушке, посидеть в обнимку, а потом уже пытаться что-то разнюхать в части. Она позвонила отцу из аэропорта, доложила, как обстоят дела, пообещала звонить каждый день и погрузилась в ожидавшее такси.
По прибытии на место оказалось, что гражданские планы входят в конфликт с объявленной боевой тревогой. В часть Веронику попросту не пустили. И на просьбу позвать Ватрушку ответили отказом в грубой форме. Пришлось переходить на нелегальное положение. Подземные ходы пока еще никто не заделал – Вероника действительно вызвала экспертную комиссию, но очередь должна была подойти только через пару недель. Одну из крышек Мохито завалил камнями, а вторую удалось приподнять, и коротким лаем подозвать бегавшую вокруг домов Ватрушку. Вероника превратилась, придерживая крышку руками, предложила: