- Ты ведь тоже это видел? – произносит она, смотря на зверька, и вновь хватается рукой за ремешок. – Видел, знаю. Как думаешь, что это? Стоит спросить у Эдгара, да?
Девчонка минует дома один за другим, пока страх подбирается к ее сердцу аккуратными шагами. Эта вывеска виднеется совсем близко, до нее, буквально, рукой подать. А потому она ускоряется, пробежав пару метров, и хватается за ручку двери, потянув ее на себя.
Дверь – тяжелая и старая – поддается не сразу. Только со второго раза она, прокряхтев, все-таки открывает дверь, проникая внутрь. Словно плывет от входа до деревянного столика, постучав по древесине несколько раз.
Помещение, дом, в который попадает Рейвен, по природе своей является лавкой. Антикварной. Так что вся комната в секунды наполняется тиканьем часов, криками кукушки из старых деревянных, и звоном хрустальной посуды по полкам. Тут, по левую руку, вдруг начинают петь птички в огромной клетке. Но из-за плотной красной ткани разобрать, что именно это за птицы, у нее не выходит.
Зато Кай достаточно стремительно выпрыгивает из ее сумки, прихватив с собой письмо, и, уложив конверт в руки хозяйки, приземляется на деревянный стол. Он еще так забавно отступает назад, когда в дверном проеме появляется человек. Его руки достаточно быстро смахивают красную ткань и со стола, на котором лежали инструменты.
А Рейвен, засмотревшись на часы, совершенно не замечает его. Но, стоило ей только поднять голову, как все сразу встало на свои места. Она и сама вдруг походит на запуганного зверька, отступая назад, и чуть ли не роняет письмо.
Из под темного и ровного полукруга бровей на нее холодно смотрят два синих глаза. Разрез кошачий, предает выразительности, заставляя тут же отвести взгляд, а она испуганно приоткрывает рот, и дыхание вновь сбивается. Черты все те же.
«Может быть, я просто сошла с ума», - тянет в своей голове черноволосая, - «Но это Он, Он».
- Вам что-то нужно? – вдруг появляется мужчина, возникая за спиной парня. Рейвен, все таки, опускает голову, пока Кай играет в переглядки с часами. Со стороны это выглядит забавным, но ей вовсе не смешно.
Она, замешкавшись, вдруг протягивает мужчине желтый конверт с письмом. Его она запомнила особенно хорошо; в правом углу виднелся рисунок часов. Крепкие руки принимают мелкое письмо, он стягивает очки со лба, погрузив их на неровную переносицу.
Рейвен оглядывается по сторонам, внимательно исследуя обстановку, и, наконец, стягивает со своей головы капюшон. И вновь черные волосы падают на ее плечи, пока глаза светятся зеленым. А мужчина, заканчивая с чтением адресата, наконец переводит взгляд на нее, уставившись. Как и парень, стоящий рядом.
Она смотрит непонимающе. Отходит назад на всякий случай, опираясь руками о стол, и еще раз оглядывается на клетку с птичками. Они вдруг начинают беситься. Шумят, летают по всей клетке, что та чуть ли не падает, с каждым новым толчком перемещаясь к краю стула все больше и больше.
- Мне кажется, что это письмо тебе, Рейвен, -выпаливает мужчина, однако, очки с себя не стягивает. Он протягивает ей письмо, оглядываясь на парня, - Давай, Джонатан. Проверь те часы на исправность.
- Нет, - девчонка отрицательно мотнула головой, - Там нарисованы часы. А я не знаю ни одной лавки поблизости, в которой бы еще торговали часами. Это письмо Ваше.
До нее доходит чуть позже, когда парень двигается в ее сторону, обходя, и припадает к часам, остановив их. Страх опять подкатывает к горлу, сжимает его липкими и холодными лапами, заставляя ее покашлять, когда она вновь растерянно смотрит по сторонам. Не следовало лезть сюда без Эдгара. Район не из лучших.
- Откуда Вам известно мое имя?
- Я знаю твоего отца, - он продолжает тянуть ей письмо, - посмотри же, там твое имя.
Рейвен хватает письмо пальцами. Судорожно выдохнув, она поворачивает его лицевой стороной к себе. Девчонка клялась, этой надписи там не было. Не было на этой чертовой бумаге ее имени чернилами.
- Но мне.. Мне вовсе некому писать.
Мужчина тихо улыбается, намекая ей на то, что сейчас лучше повременить с вопросами. Он, сделав небольшой круг около себя, вдруг протягивает ей металлическую птичку, которую Рейвен, принимая за подарок, берет в руки. Он же закрывает ее ладонь своей, погружая птичку в карман ее плаща, и удаляется, намекая на то, что скоро вернется.
Рейвен оборачивается. Джонатан все еще сидит у часов, на спине его куртки какая-то надпись на языке, который, к сожалению, Рейвен не знаком. Она тихо дышит, проходя дальше, к самым дальним, и, по ее мнению, странным часам.