Ватутин отдал приказ начать артиллерийскую подготовку, бить по заранее засеченным, пристрелянным целям.
Опять над тихим Доном гремит артиллерия, разрушает укрепления противника, уничтожает его живую силу, прижимает гитлеровцев к земле, загоняет их в укрытия.
В атаку поднимается советская пехота.
Полки стрелкового соединения полковника Семенова врываются в первую траншею, бросаются ко второй, их поддерживают наши танки.
И вдруг танки, один за другим, стали оседать на снегу... По ним бьют уцелевшие орудия противника...
В глубине тактической обороны оказались минные поля. Их ставил противник летом, затем осенью и в третий раз зимой, по первому снегу. Наши саперы сняли верхний слой мин, а нижние слои, скрытые глубоким снегом, вмерзшие в землю, выдерживая пехотинца, взрывались под тяжестью танка.
Советские минеры героически работали под огнем, но разминирование шло очень медленно, противник пришел в себя, начались его контратаки, с укрепленного узла у села Гадючье била артиллерия.
Шел час... Другой... Третий...
Прорыв обороны противника не удавался...
Короток день 16 декабря, а Ватутин знает, что наступать танкам в темноте, по узким проходам через минные поля будет еще труднее. Знает он также, что в оперативном резерве противника находятся свежие дивизии, за ночь они подойдут, закрепятся в траншеях и выбивать их придется с тяжелыми кровопролитными боями.
В полдень туман стал рассеиваться, и к плацдарму начала прорываться вражеская авиация.
Близился вечер. Успеха все не было. Ватутину приходилось решать: вводить ли в бой танковые соединения фронта, не добившись прорыва тактической полосы обороны?..
Ставка запросила сведения о продвижении и потерях наших войск и потребовала решения Ватутина.
В этот трудный момент проявляется решимость Ватутина. Он вводит в бой мощные танковые соединения, приказывает им вместе со стрелковыми дивизиями прорвать оборону противника.
Снова поднимаются пехотинцы генерала Кузнецова, руководимые генералами Алферовым и Гагеном, на штурм заснеженных высот.
Экипажи танков, оставив машины, бросаются на помощь саперам, извлекают мины, проделывают проходы в минных полях.
Командиры танковых соединений, генералы Полубояров и Павлов, сами ведут под огнем через эти проходы головные роты танков.
Потеряны еще десять танков, но могучий натиск танковых соединений остановить невозможно, они прорываются на 700–1 000 метров и оказываются за полосой минных полей.
Тактическая полоса обороны противника прорвана, танкистам открывается оперативный простор.
На тыловом рубеже они обрушиваются на оперативные резервы противника. Полки Гитлера и бригады чернорубашечников Муссолини не устояли под ударом советских танков.
Танковые соединения были нацелены Ватутиным так, что под их ударами оказались одновременно ближние и глубокие тылы врага. Его оборона была подавлена на всю глубину. Его дивизии стали откатываться с рубежа Дона там, где их с фронта даже не атаковывали. Отступающие колонны были сброшены танкистами с дорог, окружены и уничтожены нашей пехотой.
Войска правого крыла фронта под командованием генерала Кузнецова наступали с плацдарма на запад, на юг и восток, а им навстречу шли, подсекая противника «под корень», войска, руководимые генералом Лелюшенко.
Плацдарм за Доном, имевший к началу наступления два с половиной километра по фронту и два километра в глубину, вскоре расширился до двухсот двадцати километров по фронту и шестидесяти километров в глубину. Произошло коренное изменение оперативной обстановки.
Победили воля командующего фронтом, его вера в силу своих войск. Исходя из своеобразия обстановки и хорошо зная тактику противника, он принял рискованное решение: не завершив прорыва, ввести танковые соединения.
Теперь, освобождая станицу за станицей, захватывая железнодорожные станции, а на них эшелоны с танками и орудиями, войска Юго-Западного фронта победоносно развивали наступление.
Генерал-фельдмаршал Манштейн и генерал-фельдмаршал фон Вейхс, войска которого тоже действовали здесь, делали невероятные усилия, чтобы остановить соединения Юго-Западного фронта и помогавшего ему Воронежского фронта.
Против Юго-Западного фронта стали выдвигаться свежие пехотные, танковые, альпийские дивизии. На станции Ворошиловград, Миллерово, Тацинская прибывали все новые резервы противника, усилила свои действия фашистская авиация.