В эти дни, когда от командующего фронтом требовалось нечеловеческое напряжение, Ватутин тяжело заболел. Злая и опасная своими осложнениями болезнь туляремия одолевала командующего.
Ватутин был в жару — температура поднялась до сорока градусов, ломило все суставы, голова болела нестерпимо. Командующий фронтом упорно сопротивлялся болезни и, непрерывно руководя наступлением, скрывал свой недуг. И все же в Ставке узнали о болезни Ватутина, предложили прислать заместителя, но Ватутин отказался.
В этот момент битва подвергла Ватутина новому испытанию.
На решающем этапе борьбы ответственный штабной командир выехал в войска, действовавшие на важнейшем направлении. Дожидаясь его возвращения, Ватутин прилег, укрывшись шинелью. Глубокой ночью он услышал встревоженные голоса дежурных офицеров и понял, что случилось нечто чрезвычайное.
Известие было действительно грозное.
На направлении, куда выехал штабной командир, неожиданно появилась вновь прибывшая на фронт дивизия противника, внезапно захватила село, накануне освобожденное советскими войсками, и развивает успех.
К угрожаемому направлению были молниеносно стянуты ближайшие резервы фронта, и в ту же ночь Ватутин нанес противнику сокрушительный удар.
Дивизия противника была полностью разгромлена, наши войска продвинулись далеко вперед.
Окруженные группировки противника, несмотря на отчаянное сопротивление, были разгромлены, их остатки взяты в плен. Стрелковые дивизии советских войск устремились на юг вслед за танковыми соединениями.
Ватутин приказал организовать в каждой стрелковой дивизии передовые отряды, посадил их на автомобили и потребовал еще быстрей двигаться вперед. Танкистам Ватутин приказал нанести удар по тылам тормосинской группировки, по тылам 8-й итальянской армии.
В направлении Кантемировка глубоко, на открытом фланге героически действовало танковое соединение генерала Полубоярова.
Декабрьские метели замели в степи все дороги, танки шли по глубокому снегу. Дни и ночи не снимали механики-водители рук с, рычагов управления, командиры башен не отводили глаз от прицелов, командиры бригад лично вели передовые отряды.
В труднейший момент борьбы радисты всех танков приняли радиограмму . командира соединения: «Родина нам приказывает, честь корпуса требует немедленно ворваться в Кантемировку».
Танкисты пошли на штурм ночью. Кантемировка, находившаяся на стыке вражеских фронтов, была взята.
Кантемировцы — там и пришло к танкистам это славное имя — устремились дальше, на Волошине, Таловая, нанося глубокий удар по тыловой базе 8-й итальянской армии. Здесь Полубоярову пришлось действовать самостоятельно: метели совершенно прервали сообщение соединения с подходившей к нему на помощь пехотой, прекратилось снабжение горючим. А к противнику подоспели свежие резервы.
Однако соединение продолжало сковывать прибывавшие дивизии противника, дезориентировало гитлеровское командование, раскрывало Ватутину группировку и намерения вражеских резервов. Командующий фронтом лично руководил действиями танкистов и стрелковых дивизий, которые пробивались на помощь танкистам.
В этот напряженный период Сталинградской битвы южнее всех войск Юго-Западного фронта оказалось танковое соединение генерала Баданова.
Ему была указана самая глубокая цель: выйти на железнодорожную станцию Тацинская, рассечь основную коммуникацию, соединявшую Сталинград с Ростовом и питавшую тормосинскую группировку, овладеть Тацинской — огромной фронтовой базой гитлеровских войск — и захватить там аэродром, с которого поднимались самолеты, снабжавшие окруженную армию Паулюса боеприпасами и провиантом и бомбившие наши войска.
Безостановочно шло соединение Баданова, отбрасывая на пути части противника и обтекая узлы сопротивления. На шестые сутки боев и маршей, к ночи, они были уже в станице Скасырской. До Тацинской оставалось несколько часов марша.
Командиры частей рассчитывали остановиться в Скасырской на ночлег и с утра возобновить движение.
Генерал Баданов решил — иначе.
Он правильно определил, что, наступая днем, соединение лишится важнейшего элемента успеха — внезапности. Противник успеет изготовиться к бою, поднимет в воздух авиацию, и тогда произойдет схватка льва и кондора, в которой кондор будет неуязвим, а могучий лев беззащитен от .ударов с воздуха.
В ту же ночь соединение двинулось к Тацинской и к рассвету было выведено в исходное положение для атаки железнодорожной станции, поселка и аэродрома.