– Я не совсем вас понимаю.
– Ну… основную информацию по нашему делу я получил только сегодня от одного журналиста, который лично знал Кардакова и собирал сведения о «Красной крепости»…
– О чем?
– …О «Красной крепости». Кое-что из того, о чем я вам только что рассказал, прежде всего материалы о «Красной крепости» и о золоте Сорокиных, появятся еще сегодня в газете «Абендблатт».
– Как нарочно, в этой реакционной газете!
– Поэтому я счел своей обязанностью срочно проинформировать об этом господина начальника полиции.
– Да, вы правы, вы правы. – Цёргибель резко взмахнул рукой. – И вы не можете удержать от этого вашего бумагомарателя?
– К сожалению, нет, господин начальник полиции. Этот журналист ссылается на свободу прессы и считает, что он исполнил свой долг, проинформировав меня как полицейского. – Рат сунул руку в пиджак. – Тем не менее он передал мне эти фотографии, на которых изображен Кардаков, а здесь – графиня, которая работает певицей под вымышленным именем.
Сушеный Лук посмотрел на снимки и задумался, подперев рукой массивный подбородок.
– Если мы как Берлинская полиция еще сегодня выступим с этой историей перед прессой, мы должны соблюдать осторожность. Надеюсь, вам это ясно. Слишком много спекуляций.
– Конечно, господин начальник полиции. Но об успехе в расследовании мы в любом случае можем сообщить.
– Хорошо, я должен обсудить этот вопрос с Геннатом и Бёмом и подготовить все необходимое. Вы должны присутствовать при этом разговоре, господин комиссар. – Карл взял трубку местного телефона. – Дагмар, вызовите сюда Генната и Бёма. Скажем, минут через десять. И оповестите, пожалуйста, прессу. Через час мы созываем пресс-конференцию.
Он положил трубку, взял сигару из ящичка на письменном столе и предложил другую сигару Рату. Тот отказался. Ему было достаточно уже одного того, что он будет сидеть напротив Бёма, и если он при этом будет еще с сигарой в углу рта – это будет уже чересчур. Так что Гереон достал сигарету из красной пачки «Оверштольц».
– Я предпочитаю сигарету, если господин начальник полиции позволит.
Цёргибель наклонился вперед и поднес ему огонь.
– Мой дорогой Рат, не то чтобы меня не обрадовала ваша информация, но вы должны были бы с этим обратиться к Бёму! С какого времени вам известно, что это объединение принимает активное участие в этом крупном деле?
– Вообще-то об этих связях я узнал только сегодня, господин начальник полиции, после разговора с упомянутым журналистом. И тогда я попросил назначить мне срочную встречу с вами.
– Кто, собственно говоря, этот журналист?
– Я заверил его в абсолютной конфиденциальности. Статья появится под псевдонимом. Это небезопасно – разглашать такие тайны.
– Его можно будет использовать в качестве свидетеля?
Гереон пожал плечами, а потом достал из кармана записку и положил ее на стол.
– А кроме этого, у меня есть еще адреса двух русских, вероятно, помощников Кардакова, которые могут вывести нас на его след.
Цёргибель взял записку и откашлялся. По нему было видно, что позади у него был тяжелый день.
– Я вам очень обязан, господин Рат, – сказал он. – Как давно мы ждали успеха в расследовании этих дел!
– Я всего лишь исполняю свой долг, господин начальник полиции.
«Скромность украшает», – подумал комиссар, но его собеседник слышал эту фразу не в первый раз и умел ее интерпретировать.
– Я не могу повысить вас в должности – вам ведь это ясно, не так ли, господин Рат? – возразил он. – Даже если бы вы смогли упрятать за решетку лично Сталина. Министерство внутренних дел объявило запрет на продвижение по службе.
– Я знаю, господин начальник полиции.
– Так что вы хотите?
– Собственный кабинет с моей фамилией на двери. И, наконец, секретаршу.
Цёргибель улыбнулся.
– Хорошо, господин комиссар! Я думаю, это можно организовать.
– Спасибо, господин начальник полиции.
– Позвольте дать вам хороший совет, мой дорогой: отдохните как следует во время праздников. У вас набралось большое количество переработанных часов.
– А расследование? Бёму нужен каждый сотрудник!
– Я на вашем месте был бы рад возможности улизнуть от старшего комиссара. Встреча, которая состоится сейчас, будет не очень приятной. И я не могу вам гарантировать, что Бём будет держать себя в руках только из-за того, что здесь буду я. Вы за его спиной вели тайное расследование, и здесь вы можете выкручиваться как угодно. Если вам повезет, то он до вторника немного успокоится. – Карл покачал головой. – Мой дорогой Рат, вы должны иметь в виду одно: если вы за счет других делаете себе карьеру, вы наживаете себе врагов. Помните старую мудрость о том, что все в жизни случается дважды. А старший комиссар Бём – это я вам обещаю – еще чаще будет переходить вам дорогу.