Комиссар покинул их дом так же, как и прибыл туда неделю тому назад: с чемоданом и картонной коробкой. Он не обернулся, когда садился в такси.
Теперь он не торопясь завтракал в «Эксельсиоре». Прошел час, когда он вернулся к стойке администратора. Портье сразу узнал его.
– А, господин Рат! – воскликнул он. – У меня для вас хорошая новость! Ключ от вашего номера… – Служащий протянул руку назад и снял ключ с крючка. – Господин уехал. Я сразу распорядился, чтобы ваш номер был немедленно убран и вы могли бы как можно быстрее въехать.
– Большое спасибо. – Очевидно, портье ждал чаевых за свои особые старания, но Гереон решил это проигнорировать.
– Еще, пожалуйста, некоторые формальности… – Портье протянул ему через стойку регистрационный бланк.
– Извините, но сейчас я спешу. Давайте сделаем это сегодня днем. – Полицейский положил ключ на бланк и подвинул его к портье.
– Вообще-то такое не принято, но для завсегдатаев мы, разумеется, можем сделать исключение.
Гереон пришел на работу довольно поздно, но, по крайней мере, успел оказаться в «замке» до девяти. Он вздрогнул от неожиданности, когда, открыв дверь в свой кабинет, увидел в приемной молодую девушку, которая сидела за письменным столом и, скучая, играла карандашом. Светлые пряди волос свисали ей на лоб, а над несколько тонкими губами выдавался немного крупный нос.
Когда хозяин кабинета вошел, она вскочила с места.
– Эрика Фосс, господин комиссар, – сказала она услужливым тоном и протянула ему руку. – Я ваш новый секретарь!
Рат повесил на вешалку свое пальто.
– Вы работали у господина Рёдера?
Девушка покачала головой.
– Я здесь новенькая, господин комиссар.
Кого же прислал ему Цёргибель? Гереон дал бы ей не больше двадцати. Она распространяла характерный аромат кёльнской воды. Запах Шарли был лучше.
– Так-так, – кивнул полицейский. – Это ничего. Кто-нибудь уже звонил?
– Нет, господин комиссар. Вы что-нибудь желаете, господин комиссар?
– Вы можете сделать кофе?
Это Эрика могла. Вскоре на письменном столе Гереона дымилась чашка кофе. Он закрыл дверь в приемную. Ему хотелось побыть в тишине и подумать, постепенно снова погрузиться в текущие расследования, какими бы абсурдными они ни были. Эрику Фосс нужно было чем-то занять. Геннат не должен думать, что он гонится за несбыточным, что убийцы, у которого на совести Йенике и Вильчек, вовсе не было.
Тишина царила не слишком долго: вскоре Рат услышал в приемной какой-то шум, а потом громкий голос:
– Но мне надо поговорить с господином комиссаром!
Фройляйн Фосс, видимо, пыталась избавить своего нового начальника от визита. Это ему понравилось.
В дверь постучали, и она просунула в дверь свои светлые пряди.
– Господин комиссар, там пришел господин Рёдер. Он говорит, что это его кабинет…
Рёдер? Что ему нужно здесь?
– Пусть он пройдет, – ответил Гереон.
Эрика Фосс кивнула и сделала Эрвину Рёдеру знак войти. Предшественник Рата был еще меньшего роста, чем он думал. Этот мужчина держал в руке шляпу и осматривался вокруг.
– Н-да, все пока выглядит так же, как и раньше, – проговорил он и только после этого протянул новому хозяину кабинета руку. – Рёдер, – представился он, – Эрвин Рёдер. Я раньше здесь работал.
– Я знаю. Меня зовут Рат. Гереон Рат. Чем могу быть полезен, господин Рёдер?
– Мое расставание со службой в полиции произошло несколько неожиданно, и в последние недели у меня была масса дел. Вы знаете, писательство ведь занимает очень много времени, и…
– Давайте к делу, коллега.
– Я не знаю, как давно вы здесь работаете, но ваша фамилия уже написана на двери. Если вы уже убирали свои вещи в мой письменный стол, вы, конечно, там это обнаружили.
– Что, господин Рёдер? – Этот тип начинал раздражать Гереона.
– Фотографии, господин Рат. Я оставил в своем письменном столе несколько фотографий, которые хотел бы сейчас забрать. Важные фотографии.
Рат не мог вспомнить никаких фотографий. Правда, слишком тщательно ящики стола он еще не обследовал.
Он пожал плечами:
– Я не знаю, о чем вы говорите.
– Могу ли я быстро… – Эрвин сделал шаг вперед и собрался открыть один из ящиков стола.