Два коротких свистка — собака повернула направо.
— Таким образом пастух управляет движениями собаки.
— Телеуправляемая овчарка.
— Вот именно, профессор. Смотрите, собака добралась до холма, заметила стадо. Теперь она должна будет вывести овец на середину поля… Прекрасно! Ох и ловкий же пес! Пастух свистом дает знать, что есть еще одно стадо. Овчарка гонит овец. Оба стада соединяются. Изумительная дрессировка! Чья это собака?
— Грина, — ответила мадам Эйкин. — Умный хозяин, и псы не глупее его.
К почетной трибуне подошел коренастый человек. Пастор похлопал его по плечу.
— Поздравляю, Грин. Полный успех.
— Благодарю вас, отец мой, — Грин поздоровался с мадам Эйкин, поклонился профессору и пожал руку мэру. — Загляните ко мне вечерком.
— По службе или приватно? — спросил Оорт.
— По службе, доктор. Вчера пали две овцы из моего стада. Подохли на лугу неподалеку от того места, где поставили машину.
— Вы имеете в виду радиотелескоп?
— Ничего я не имею в виду. Люди говорят, что эта машина посылает лучи, вредные для здоровья людей и животных.
Дин глубоко вздохнул.
— Фантастически абсурдная мысль, — невозмутимо сказал он. — Сплетни, господин Грин, но сплетни, распространяемые злыми людьми. Радиотелескоп не посылает никаких лучей.
— Я в этом не разбираюсь, знаю только, что мои овцы дохнут.
— Я проверю, — быстро сказал Оорт, — тщательно проверю.
— Ваша святая обязанность, доктор, — пастор возвел очи горе. — Я буду молиться, чтобы вы не совершили ошибки. Надлежит установить истинную причину смерти несчастных овечек.
— Установлю, конечно установлю, — мэр замолчал.
Сквозь толпу протиснулся ассистент профессора.
Дин встал.
— Янус? Что случилось?
— Небольшая поломка анализатора. Прости, что помешал, но одному мне прибора не наладить.
— Да, конечно. Идем.
— Даже не попрощался. — Мадам Эйкин не скрывала своей неприязни к профессору.
— Рассеян, как все ученые.
— Вот вы поддерживаете его, господин Оорт, а этот человек… Раньше или позже, но эти машины накличут беду на наши головы.
Оорт тяжело вздохнул.
— Вы действительно… — начал он посекся. У стартового столбика встал очередной пастух с собакой. После короткого перерыва соревнования были возобновлены.
По пути на виллу Янус объяснил:
— А ведь я соврал. Надо было изобрести какой-то предлог.
— Стало быть, никакой аварии нет? — обрадовался профессор.
— Нет. Вот уже час, как мы принимаем звуковые сигналы.
— Звуковые?
— В шестнадцать ноль-ноль я включил осциллограф. На экране появилась зеленая синусоида, прерванная в нескольких местах. Я тут же передал запись в анализатор.
— Ответ?
— Преобразовать изображение в звук.
Они вошли в холл, ассистент включил динамик. Послышалось тихое гудение, потом писк, похожий на сигналы азбуки Морзе.
— Два коротких, пауза, два коротких, пауза, четыре длинных, — шептал профессор, тщетно пытаясь взять себя в руки. — Пригласи Монику. Придется несколько часов поработать. Необходимо локализовать источник сигналов.
— Мадемуазель, вы будете ставить точки на этой таблице, — Дин подал Монике карандаш. Янус занял место у пульта управления анализатором.
— Семнадцать, двадцать шесть, — диктовал профессор, — сорок один градус, две минуты, две секунды, четвертый сектор. Вторая серия. Семнадцать, двадцать семь, сорок градусов, тридцать минут, ноль секунд… Соедините точки.
Над таблицей склонились три головы.
— Получилась дуга эллипса, — сказал Дин. — Источник сигналов движется.
— И очень быстро. — Янус вздохнул. — Что теперь?
— Передадим все данные анализатору.
Несколько минут работали молча. Моника заглянула к матери и вернулась в холл. Профессор вписывал какие-то, цифры в таблицу, передавал Янусу результаты вычислений на обрывках бумажной ленты, которую тот вводил в прорезь автомата, перерабатывающего полученный текст. Над эффектором загорелась красная лампочка.
— Получен ответ в виде математической формулы. — Дин вытер лоб, покрытый испариной, и продолжил в возбуждении: — Понимаете, это сигналы из космоса, от разумных существ!
— Внимание! Анализатор продолжает работу, — Янус включил экран, помеченный римской тройкой. — Квадрат С-123, четвертый сектор, — читал он надписи. — Сорок один… сорок… Спутник… Спутник Марса Деймос… Деймос…
— Деймос? — повторил Дин. — Нет, это невозможно!
— Что невозможно?