— Это еще не повод, — прервал он.
— Знаю. Но сомнения эти особого рода. Первое из них вы рассеяли своим прибытием…
— Не понимаю.
— Я подумал было, что… что меня упекли сюда на тех же основаниях, что и остальных, или еще того хуже…
— Ну и ну! Неужели ты решил, что мы способны на такие шуточки? Из-за каких-то там комплексов ты поднял меня по тревоге, словно обнаружил бог весть что. Надеюсь, тебе понятно, что этот номер второй раз не пройдет! К тому же мы наверняка встревожили Квнна и его пациентов, а это делу не поможет!
Я объяснил, что некоторые данные у меня есть, и рассказал о Затле.
Полковник насупился и покачал головой.
— Информацию мы брали в космеде. Нам сказали, что Затль вернулся с Брантом. Последнее время он работал на Луне…
— Прошу вас это проверить. Думаю, он и сейчас там работает или…
— Понимаю. Ты думаешь, что… он исчез, а кто-то одолжил его личность? Хорошо, проверю.
Полковник был недоволен. Он долго молчал, мысленно взвешивая мое сообщение.
— Скажите, кроме нас с вами и Сато, никто не знает о данном мне поручении? — спросил я.
— Кое-что известно шефу космеда.
— А сигналы? Кто обнаружил их первым?
— Я уже говорил: их зарегистрировал автоматический спутник, а заинтересовались ими работники Корада. Сразу же после этого все материалы поступили к нам в космоцентр.
— Так или иначе, но это дело прошло через много рук и его нельзя считать тайной?
— Пожалуй, ты прав.
— Экспедиция Бранта, в которой принимал участие настоящий Затль, насколько мне известно, не добралась до Фомальгаута?
— Да. Они вернулись из-за технических неполадок.
— Еще один вопрос, — вспомнил я. — Не было ли до этого подобных сигналов? Я имею в виду случайные наблюдения, например с борта ротопланов, пролетавших над этим районом Тихого океана.
— Нет. Впрочем, вот уже год, как полеты над островом по требованию Квина запрещены. Он утверждает, что шум двигателей отрицательно влияет на пациентов. У Квина большие связи в космеде.
— Какого рода связи?
— Несколько его друзей занимают высокие посты. Кое-кого он, кажется, лечил…
Полковник направился к дому. Я пошел следом, понимая, что разговор окончен.
— Продолжай свое дело, Крайс, — сказал он вполголоса. — Если ничего не выяснишь за неделю, мы возьмем тебя отсюда. Вокруг острова размещены плавучие ретрансляционные станции, которые передают нам данные о появлении гамма-сигналов. Их ловят ежедневно примерно в одно и то же время.
— Как вы думаете, — спросил я, — возможно управлять кем-нибудь на Земле, находясь от нее на расстоянии в двадцать с лишком световых лет? Мне думается, нет. Хотя бы потому, что время полета сигналов…
— Конечно, мы учитываем это. Район Земли тщательно патрулируется.
— Вы думаете, в нашей системе находится их межзвездный корабль?
Полковник не ответил, потому что мы приближались к дому…
Я уже снимал ботинки, когда постучал Филипп и заявил, что доктор просит меня спуститься вниз. Я взглянул на часы. Почти десять. Странно. Меня охватило беспокойство — вспомнились события вчерашнего вечера. Правда, вчера доктор говорил, что у него есть ко мне какое-то дело…
Я вышел в коридор. Замочная скважина в двери Затля светилась, значит, он у себя.
Шлепая туфлями, я спустился вниз, а потом снял их и, стараясь не шуметь, вернулся на второй этаж, В дверях туалета мелькнула чья-то фигура. Я минуту стоял тихо, прислушиваясь. Вдруг в конце коридора открылась дверь. Из нее вышел Филипп и, завидев меня, остановился, словно растерявшись, потом закрыл дверь и подошел ко мне. Мне показалось, что перед тем, как ее закрыть, он что-то буркнул себе под нос, но я не мог это гарантировать.
— Вы уже были у доктора? — спросил он.
— Нет. Только иду.
Он повернулся и пошел в ближайшую комнату.
Квина я застал в кабинете.
— Простите, что побеспокоил в такую позднюю пору, — улыбаясь, сказал он. — Но я вас не задержу. Мне хотелось бы пополнить данные, касающиеся вас…
Он подошел к стеллажу и, поднявшись на цыпочки, потянулся за скоросшивателем. Но он не выдался ростом, и я решил помочь ему.
— Вон тот! — показал он, смешно подпрыгивая.
Его лысина находилась на уровне моего плеча. Я подал ему папку. Он заглянул в нее и, извинившись, вернул мне.
— Ошибся. Немного левее…
Я уже протянул было руку, чтобы поставить скоросшиватель на место, но в этот момент Квин всем телом навалился на стеллаж. Стеллаж покачнулся и привалился к стене, от которой был немного отодвинут. Я машинально схватился за полку и в этот момент краем глаза заметил, что стоящая наверху статуя атлета теряет равновесие. Я инстинктивно выбросил вверх локоть, защищая голову, и отскочил от стеллажа.