— Если у вас возникнет мысль осмотреть дом, знайте, что любое ваше движение фиксируется…
Он толкнул дверь, шагнул за порог и снова обернулся.
— Да, и еще: полдома заминировано.
Не сдержавшись, Тороп мерзко ухмыльнулся:
— Предупредите меня, если холодильник набит С-4.
— Нет, — сказал доктор Ньютон, усмехнувшись. — Только полочка для виски.
Он вышел и закрыл за собой дверь.
Тороп сделал всего две-три ходки на кухню и обратно, в гостиную и ненадолго почтил своим вниманием туалет, спрашивая себя, дошел ли доктор Ньютон в своих вредных привычках до того, чтобы установить шпионскую видеокамеру и там. «Очевидно, да», — подумал Тороп, отрывая первую порцию туалетной бумаги. Остаток времени он провел в кресле, читая журналы, которые валялись на низком столике. Классический набор. Newsweek, Time, Hour — монреальский бесплатный журнал на английском языке. Номер журнала Yachting, сегодняшний выпуск Gazette. На невысоком комоде в викторианском стиле Тороп обнаружил множество журналов, посвященных высокотехнологичным новинкам, и несколько экземпляров Scientific American и Nature.
Тороп был готов биться об заклад, что помимо видеокамер и мин-ловушек дом нашпигован системами электронного подавления сигналов, заглушающими вражеские устройства слежения.
Пожилой джентльмен выглядел странно. Он был прямой противоположностью тому, что Тороп представлял себе перед встречей. И хотя в его лице действительно было что-то неуловимо славянское, он безупречно говорил по-французски с легким английским акцентом, который выглядел совершенно естественно. Все в нем указывало на принадлежность к британской элите и британскому образу жизни.
Отгадка появилась в голове Торопа мгновенно: «Крот».
Законсервированный агент. Родившийся здесь, вероятно, от русских родителей, лет пятьдесят тому назад. Некто, идеально вписавшийся в местную среду, не поддерживающий прямых контактов с российским посольством и «пробуждающийся» в строго оговоренных ситуациях для строго оговоренных заданий. Между «выходами из спячки» может пройти несколько лет. Иногда такие агенты «просыпались» только один раз. А к услугам некоторых вообще никогда не прибегали.
Итак, у Романенко есть «крот» в Квебеке. Невысокий мужчина, похожий на вышедшего на пенсию доктора. Может быть, он также связан и с секретными службами.
Читая валявшиеся повсюду научные журналы, Тороп узнал о масштабной программе «Человек на Марсе», которую американцы уже лет десять вели совместно с русскими, и о международном космическом агентстве, которое они пытались создать. Только что стартовала заключительная фаза программы. Полным ходом шло производство модулей для корабля на Марс. В 2014 году их начнут запускать на орбиту Земли, чтобы собрать рядом с Международной космической станцией. Затем к Марсу отправится авангард: группа автоматизированных систем, приводимых в движение классическими ракетами-носителями, и лишь после них международному экипажу предстоит осуществить полет продолжительностью около года. Из прочитанного Торопом следовало, что в 2015 году планируется провести генеральную репетицию на Луне. Это позволит запустить программу освоения естественного спутника Земли и, в частности, проект НАСА по созданию постоянной лунной базы с полностью автоматизированными производственными линиями.
Человечество стартовало навстречу холодным межзвездным пространствам. Тороп мысленно поздравил инопланетян.
После полудня он закончил с журналами и открыл Gazette на английском языке.
Свободная провинция Квебек, как и вся остальная страна, переживала невиданный экономический бум. Канада обладала одним из самых больших в мире природных запасов пресной воды, она возглавляла гонку за «голубым золотом». Насколько понял Тороп, прежние культурно-политические различия рассеялись, подобно миражам, над новым миром-пустыней. Из-за глобального потепления, климатического хаоса и бурного роста мегаполисов малые и большие реки пересохли, и в разных концах земного шара за питьевую воду давали сумму, эквивалентную стоимости той же массы золота. Деловая жизнь била ключом.
На страницах, посвященных международной политике, Тороп обнаружил небольшую заметку о проблемах Восточного Туркестана.
Князь Шаббаз возвращал себе былое влияние на национальной уйгурской конференции. В результате разгрома Акмада казахами для него открылась широкая дорога к власти, несмотря на тяжелое поражение в Киргизии в прошлом месяце. Он хотел вывести конференцию из тупика, в который Акмад завел ее, и предложил «прямой и открытый диалог между различными группировками, который позволит национальному уйгурскому движению единодушно заявить о себе перед лицом ханьских угнетателей».