– Йоз! – вывела меня из раздумий Сандра. – Скажи мне, как мифовед и романтик, зачем мы идем на Ян-Майен.
– Вулкан смотреть, – предположил я.
– Ну, это только ты можешь забраться в самую ультима-туле, чтобы смотреть там вулкан. Должна же быть более внятная причина. Забытая рукопись древности или бедные метеорологи, умирающие от недостатка чтения… А?
– То есть ты ведешь корабль на север – и не знаешь зачем?!
– Это только кажется, что я веду, – усмехнулась Сандра, – ведет, конечно, кэп. Подумаешь, на палубу не выходит. Мы его глаза и руки, а голова-то он. Вот я и пытаюсь понять, что там, в этой голове. И, сколько ни думаю, – нет ответа!
– А спросить?
– Ну… спросить. Во-первых, задавать глупые вопросы капитану – это нарушение субординации. Он, конечно, простит, но мне будет неудобно. Во-вторых, он может и не ответить. И посмотрит так, что захочется вымыть палубу собственной шляпой. Знаешь, есть в нем что-то от учителя истории. Был у меня такой в школе. Мы боялись его как огня, а ведь он ни разу и голоса не повысил. Черт, трубка не курится совсем в этой сырости. Дай-ка мне свою чудесную зажигалку, мне, похоже, без нее не справиться.
Зажигалку я купил в Дании, в городе Хорсенсе, где как раз производится табак моей любимой марки. Штучка была действительно чудесная, и очень дорогая, литой бронзы, изогнутая под трубку, с турбонаддувом. Я протянул ее Сандре – и тут в окружающем мире что-то изменилось. Туман не рассеялся, но в нем забрезжило какое-то тревожное пятно, и мы уставились на него во все глаза, пытаясь рассмотреть, что это такое.
Оглушительно хлопнула дверь квартердека, и на палубе возник капитан во плоти, и был он страшен. Мне он с перепугу показался сгустком тумана с горящими глазами, и я, кажется, понял, почему Сандра боялась его о чем-то спрашивать.
– Йоз, быстро вниз за библиотекарем. – Голос капитана разнесся по всему кораблю, и клочья тумана разлетелись по бортам, оказавшись матросами его вахты. – Джонсон, держи прямо на эту тень, Сандра, командуй боцману свистать всех наверх к парусному маневру…
Дальше я слушать не стал, а летел уже вниз по трапу на нижнюю, библиотечную, палубу.
Само по себе то, что что-то произошло, было неплохо. Хуже было то, что я совершенно не понял, что же произошло. Найти библиотекаря было отдельной задачей, он властвовал на нижней палубе; зная о его любви к Борхесу, я не удивлялся сложности конструкции нашей библиотеки и шестиугольной форме составляющих ее помещений. Наконец я отыскал в этих сотах вход в его каюту, постучался и услышал, что внутри начался переполох: падали книжки, шуршали какие-то тряпки, доносилось приглушенное чертыхание. Впрочем, недолго. Уже через полторы минуты библиотекарь возник на пороге, безукоризненно одетый, но встрепанный и с перекошенными очками.
– Что, уже? – хрипло спросил он. – Все готово. – Он показал мне какой-то кожаный сверток и понесся впереди меня к трапу, ведущему наверх.
Наверху обнаружилось, что мы ложимся в дрейф; а темная тень вычленилась из тумана и оказалась большой лодкой с драконьей головой на форштевне. На мачте маячило какое-то красное пятно. Я было собрался проверить, как обстоят дела с моей бизанью – ее надлежало подобрать, но капитан подозвал меня уже совершенно человеческим голосом.
– Йозеф, вам с вашей любовью к морским легендам это будет интересно, – мягко сказал он, – постойте здесь.
Мы стояли на баке, у вант левого борта, и приближающийся драккар становился все отчетливее. И теперь я ясно видел скелетообразную фигуру в красном плаще, сидящую на рее. Кажется, что-то такое я читал…
– Ну-ка, Йозеф, – обратился ко мне Дарем голосом учителя истории, – скажите мне, кто это?
– Это Стёте, – выдавил из себя я. – Он украл кольцо у богов.
– Точно! Мы с вами находимся у самого истока легенд о морских скитальцах, из зафиксированных эта – самая ранняя. Вам действительно повезло.
Рядом с нами возникла закончившая маневр Сандра.
– Ну надо же, – шепотом сказала она, – не думала, что мне так повезет.
– Нам, – вкрадчиво поправил ее Дарем, – нам повезет. Вы думаете, мне часто приходилось с ним встречаться? Только раз до сих пор. Вы принесли?.. – Он поискал глазами библиотекаря, нашел, удовлетворенно кивнул и забрал у того сверток.
Драккар между тем поравнялся с нашим бортом, оттуда взметнулся разлохмаченный пеньковый конец, и кто-то из ночной команды резво заложил его на нагель.