И его, как почётного гостя, выпроваживали через дверь, когда он входил через окно, - или просто хотели убедиться в том, что он и правда уйдёт.
И не вернётся.
- Линарес, я вызвала твоих родителей... - сочувствующе сказала вдогонку Кай - Ты не хочешь их дождаться?
Тёмный даже не обернулся.
- В таком случае мне точно нужно уходить отсюда поскорее и подальше - глухо ответил он - Иначе они привезут меня к себе домой, свяжут по рукам и ногам, сунут в рот кляп и будут наперебой рассказывать мне, какой я плохой с самого момента своего рождения или даже до него.
- Но ты же герой, как и я... - удивлённо протянула Кай.
- На то, чтобы быть любимым и в безопасности, ничто не влияет. Ни наш героизм, ни наше геройство. Мы совсем одни в Сумраке, мы одни в городе, и называй это и объясняй, как тебе захочется. Я ухожу. Я невиновен. И мне не хочется ни за что оправдываться. Потому что я просто не могу...
- Линарес, подожди немного, нам надо... - начала Кай, но не закончила.
Потому что одновременно произошло несколько вещей, к которым никто не был готов.
Во-первых, внутреннний карман Аль открылся, и она чуть было не потеряла "живую программу", а когда она нагнулась, чтобы подобрать её с пола и снова спрятать, Светлый, до этого лежащий трупом, внезапно разогнулся и ударил женщину свободной рукой в челюсть. Когда и как он смог освободиться - неизвестно.
- Я пришёл за Истинной, которую мне подарили! - сказал он совершенно спокойно и естественно, будто речь шла о чём-то обыденном.
Трое присутствующих молчали - и на причину ошеломлённости каждого накладывалось ещё и удивление от нереальности всей этой нелепой сцены.
- Тогда, давным-давно, когда вот эта... - он брезгливо глянул на сжавшуюся Эвитту - девка взялась судить меня, как преступника, выступившего по другую сторону Звездопада, мне удалось выяснить, что она на самом деле - Истинная. А всему прочему она научилась только потому, что не хотела быть собой. Ханжа и сноб, она на полном серьёзе считала себя избранной, причём одновременно всеми и для всех, а потом она решила поиграть в... Короче, в то, что она даст мне свою клятву.
Ответом и вопросом была тишина. Глубокая и какая-то ошеломлённая.
Ну, кто бы мог подумать, что Светлый и правда знает о Клятве Ведьмы - и захочет именно её!
- Она не имела права врать мне, в качестве Верховной ведьмы, - но при этом просто поиграла со мной, как Истинная, причём как мерзкая Истинная. Делала ставки, стерва, на то, как быстро я начну страдать от возбуждения рядом с ней и чем и как буду его снимать. Ну, как видишь, дорогая, мы с тобой оба возбудились друг от друга и неплохо сняли напряжение, о котором ты так долго думала. А в следующий раз... Просто будь осторожнее и не играй ни чьими-то чувствами, ни чьими-то гормонами. И не рассматривай игру там, где её нет и никогда не было. Иначе... Иначе ты снова проснёшься голенькой и удовлетворённой, но в этот раз меня уже не будет рядом. И не факт, что придёт хоть кто-нибудь, кто придёт тебя спасать. И продолжать любить даже несмотря на твоё сладкое гнилое нутро, мокрое и липкое.
Оглядев маленькую и некогда уютную девичью комнату, он стремительно исчез, перепрыгнув через подоконник. Перед этим он вошёл, как до этого почти каждую ночь входил Тёмный, но сейчас Эви была слишком потрясена, чтобы понять это.
По звуку открывшегося на улице портала стало ясно, что вряд ли он будет просто уходить по улице, как обычный прохожий.
Воцарилось молчание, которое все нарушили одновременно.
- Истинная? - ошеломлённо спросила Кай, сидя на полу и потирая челюсть.
- Подарили? - переспросил Герман. - И Клятва Ведьмы... Но... но он всё равно негодяй. А если Ведьма отказывается подтверждать клятву... Ну, мало ли на Аллариссе других дряней, кроме неё, - и никто насиловать её не заставллял.
- Да что это вообще за кошмар ткой происходит?! - закричала предполагаемая Истинная, вскакивая с постели и кутаясь в простыню. - И не смотрите на меня так! Я не дрянь! Я просто... просто хотела поиграть! Я не знала ни о какой клятве, и не обещала спать с ним! А сейчас я совсем одна...
Пользуясь суматохой, Линарес сбежал, - позорно покинул комнату, сбежав как трус и как подозреваемый. Он знал, что настоящие люди так не делают, но у него просто не было больше сил.
"Уйти и умри" пульсировало у него в мозгу, как приказ, и ему стоило огромного труда не выполнить его немедленно. Вот только умирать так быстро и на виду у всех Линарес не умел.
Хорошо, что он ушёл раньше, не в силах выносить происходящее, поэтому у него было хоть кое-что, что он не смог потерять. Это - любовь к Эвитте Мирс и уверенность в том, что она - прекрасная и чистая девица, с которой случилось несчастье. Не факт, что он смог бы пережить разочарование в той, кто давал ему силы и желание жить, любить и мечтать.