Ливьен нахмурилась и ушла к себе в комнату.
Если родители решили запереться, чтобы о чём-то поговорить, - как бы ни было любопытно, о чём они говорят, она не будет ни ждать, когда они выйдут, ни уж тем более подслушивать. Если они занимаются... короче, ясно чем, - тем более. Она уже не маленькая, чтобы стоять у них под дверью и спрашивать, а что они там делают и когда выйдут, что бы там ни было.
Ливьен
Джой стояла по другую сторону кровати, словно надеясь, что это послужит надёжной защитой и преградой между ними.
Глядя на мужчину, стоявшего напротив неё и сосредоточенно раздевавшегося, так, словно речь шла не о проявлении любви и страсти, а о чём-то вполне обыденном, она думала о том, как всё произошло так, что они мало того, что уже сорок лет вместе, но ещё и стали законными супругами.
Более того, - у них растёт дочь, которой, похоже, достались её гены, а с ними и её отсутствие любопытства, потому она ни о чём не подозревает и ни о чём не спрашивает. А если бы Ливьен оказалась более любопытной, тогда, наверное, пришлось бы отправить её куда-нибудь подальше от дома.
- Раздевайся. - коротко бросил муж, рывком откидывая с кровати покрывало и одеяло - Я тебя жду.
Вот так. Всё просто. Ни нежностей, ни слов любви. Казалось, что для него это - просто обязанность, ничего больше.
Обязанность, приведшая к их браку и поддержанию видимости семейной жизни - или что-то ещё, хоть немного, но большее?
Медленно, словно нехотя, Джой начала раздеваться.
Да что там - нехотя, - она и правда не хотела. Правда, теперь, с годами, у неё выработалась привычка, и она воспринимала супружескую близость с собственным мужем, как работу. Работа, как и любая другая. Надо - значит, надо. Быстрее начнёшь - быстрее закончишь. Есть много разных дел и обязанностей, которые она выполняет ежедневно и из года в год, так какая разница?
Нет, есть разница!
И эта разница просто огромная!
И она всё никак к этому не привыкнет. Потому что к такому привыкнуть невозможно.
Наконец на ней не осталось ни элемента одежды, ни нитки.
Муж посмотрел на неё - долгим, придирчивым, внимательным взглядом, в котором она за все годы их совместной жизни и не увидела ни искры нежности. Да она и не увидела бы её, эту нежность, уже потому, что просто не смотрела ему в глаза во время их близости.
Никогда не смотрела.
А в остальное время просто смотрела ему в какую-то точку над бровями, на лбу.
А глядя на лоб, ничего особенно интересного и не увидишь. Вирелий почти никогда не хмурился.
Не кричал ни на кого.
Не разговаривал во сне.
Не нервничал.
Не поднимал ни на кого руку.
Не был ни требовательным, ни капризным. Он был просто никаким, - вот единственное определение, которое ему могла подобрать Джой. И за сорок лет оно не изменилось, и даже не думало меняться.
Робот.
Просто идеальный робот, который она вначале так хотела разобрать на мелкие детали, но с годами оставила эту бесплодную мечту.
В этот раз для соития Вирелий выбрал самую ненавистную для жены позу.
Она лежала на спине, вытянув ноги и касаясь гладкой простыни, приятной наощупь, всем телом, толкьо раздвинув ноги, пока он лежал на ней, войдя в по-прежнему узкое лоно, удерживаясь на руках.
Про себя она заметила, что и муж тоже не смотрит ей в глаза, словно ему было чего-то стыдно, а вместо этого наклоняет голову и смотрит немного в сторону, так, будто ждёт, что она поцелует его в склонённый затылок.
Напрасно, - во врем близости она никогда не помогала ему и никогда не обнимала, не говоря уж о том, чтобы поцеловать.
Собственно, она выразилась не совсем точно, - ненавистными были абсолютно все позы. И это даже при том, что муж был умелым и опытным любовником, который умел всегда довести её до оргазма. Яркого, сильного, долгого, жгучего, неуместного и бесстыдного.
Сейчас тоже острая волна наслаждения, колючая и волнующая, шероховатая, горячая, вулканом проснулась у неё между бёдер, а потом взорвалась и облила с головы до ног, заставляя передёрнуться всем телом.
После любви муж завернулся в простыню и пошёл в ванну. Зашумела вода - он принимал душ.
Они оба каждый раз принимали душ после каждой близости, и даже за сорок лет эта привычка у них никуда не делась. Могла ли Джой подумать давным-давно, когда она ещё не была знакома с Вирелием, что у неё с будущим мужем будет только одна общая привычка, - и какая!
Она прежняя, разумеется, пришла бы в ужас. И ни за что не поверила бы.