Девушка ловит на себе взгляды парней и даже пробует стыдливо покраснеть, - но у неё не получается.
Маскировочные чары не рассчитаны на девичий румянец, а настоящая Прорицательница, побывавшая в самом сердце Звездопада, краснеть уже не может.
И бледнеть тоже.
Ни краснеть, ни бледнеть, ни покрываться испариной от страха она не сможет больше никогда. Да даже бояться она теперь вряд ли когда сможет. Никто не был в тот момент рядом с ней, когда её накрыло "звёздной волной", состоящей из мелких космических частиц, расправленных, раскалённых и светящихся. А потому никто и не знает и даже не подозревает о том, что должно было произойти на самом деле - и кем и какой она после этого стала.
Тогда у неё было чувство, будто она осталась полностью без одежды, вернее, без разодранного в клочья серебристого защитного комбинезона.
Да что там, без комбинезона и без одежды? Вообще без кожи, без внутренностей, без себя самой!
Последнее, что она запомнила - это яркий взрыв, похожий на вспышку. А потом, минуту спустя, ей показалось, будто её всю разобрали на атомы, внимательно осмотрели каждый - и вернули на место.
Примерно в том порядке, в котором всё и было изначально.
Спас только Сумрак, - Город, которому она отдала свю жизнь.
И Город сохранил эту жизнь, чтобы потом отдать ей обратно.
Герман лежит рядом и задумчиво рисует пальцем узоры на груди любимой.
Кай никогда не говорила ему, что ей нравится такая ласка, она и сама не знала об этом; мужчина обо всём догадался и узнал сам. Возможно, она как-то расслабилась, потеряла бдительность, на краткий момент подумала, что она здесь одна, - и любовник воспользовался этим моментом, чтобы найти и использовать брешь в её защите. Герой так и не поняла, кто такой Герман - и откуда он вообще взялся, вернее, появился.
Конечно, в Городе не было ни маньяков, ни злодеев, да и в качестве любовника ей достался хороший и порядочный мужчина, даже красивый... И почему же только ей казалось, что задать Герману вопрос "а ты вообще кто?" будет или неприличным - или каким-то таким, после чего Герман просто не сможет с ней оставаться. Потому что его вообще больше не будет, - ни в Городе, ни где бы то ни было ещё.
Но девушка всё равно знала, что здесь с ней ничего плохого не случится.
Ключевое слово - здесь.
В Сумраке, её Городе, и в её доме, данном ей в благодарность за спасение от Звездопада и Вечной войны.
Только Герман знает, кто она на самом деле. Только он знает её секрет. Возможно, он даже видит её как-то иначе, и даже не её истинную новую внешность или ту, которую дают симпатические чары, без которых она никогда, как без одежды, на улицу не выходит.
Тишина, покой, звёздное небо над головой, которое никогда не гаснет, любимый мужчина рядом и дымчатый пушистый кот, мурлычащий в ногах, - что ещё надо для женщины, которая больше не хочет настоящести, чьей-то или своей, а просто хочет счастья и покоя?
Когда ты пережил потерю многих, в том числе и самой себя, хочется уже не истины.
Хочется просто хотя бы немного теплоты.
А Герман и кот - они наощупь тёплые. И с ними хорошо. И это всё, что им нужно, чтобы быть настоящими.
Про саму себя Кай Алесса не знает. И даже не задумывается об этом.
Но было что-то ещё, о чём она, Прорицатель, помнила и что никак не могла забыть.
Одна поломанная судьба, растоптанная жизнь, разбитое сердце, - всё то, что она могла спасти и защитить.
"Лава поглоти, да ведь мы тогда вдобавок так плохо расстались. - подумала она о том самом, пока ещё безымянном Хранителе Очага, равнодушно проданном в рабство хозяйкой магазина с магическими безделушками. - Да и вообще, как-то всё тогда получилось плохо."
Краем глаза женщина почувствовала, как Герман приподнялся на локте и теперь внимательно на неё смотрит. Что поделаешь, - интуиция, кем бы он ни был, кем бы ни была она. И кем бы ни были они оба. За долгое время, проведённое вместе, они научились чувствовать друг друга и малейшее изменение в настроении и ходе мыслей.
- Герман, - говорит она, садясь, - мне сейчас по одному делу нужно. Одного человека спасать. Мужчину. Хранителя Очага. - произнося название его касты, она непроизвольно морщится.
Слишком много людей и не только считало их или бесполезными, или чем-то вроде элемента домашнего интерьера, даже не прислуги. Должно быть, положение раба - и то более выгодное. По крайней мере, раб - живой, и в этом никто не сомневается.
А ещё, раба можно наказать или поощрить, заподозрить в чём-то, в халатном исполнении своих обязанностей, например.