"Эдвард. Ну, только тебя здесь и не хватало. Нашёл же ты время, чтобы прийти, любимый и любящий братец."
Трудно сказать, какие именно эмоции вызывал Эдвард у Джастина большую часть времени.
Ужас, страх, ощущение собственного бессилия и беспомощности, бессильную ярость, нежелание быть наказанным каким-нибудь позорным и жестоким методом, при чём наказание будет длиться всю более чем долгую жизнь жителя Сумрака, отрицание самого его существования, потому что иначе никак не спрятаться, не скрыться и не защититься, стыд и отчаяние.
Казалось, что даже если бы его раздели догола перед всеми жителями Сумрака, а потом ещё и сняли бы всю кожу, он не чувствовал бы себя более обнажённым. Интересно, что же такого мог знать про него старший брат - и о чём его предупреждала прямо-таки взбесившаяся интуиция?
Слишком много эмоций для одного жителя Сумрака, который уже имел время для того, чтобы раскаяться во всём, в том числе и в факте своего рождения, - а также тихо сойти с ума и снова вернуться обратно, в нормальное состояние.
Должно быть, если бы не Эдвард, с ненавистью наблюдающий за ним и преследующий буквально повсюду, кроме, разве, туалета, у Джастина было бы больше шансов или полностью раскаяться и исправиться, - благостно и тихо, как обычно умирают,а не живут люди в мирное время, - или просто окончательно выбрать сторону зла, атаковать Город, вызвать на себя его химеру-армию, и погибнуть в первые же секунды боя, чтобы наконец успокоиться.
Джастин не сразу понял, что происходит и что именно он сделал, - но внезапно он обнаружил, что стоит за спиной Ливьен, крепко прижимая к себе Эви, стоящую и моргающую глазами на манер куклы. Похоже, она совершенно не была против такого обращения, - но это и не радовало. Потому что разве могут быть какие-то желания у куклы - и разве, когде человек становится совсем, как она, это нормально?
- Так, что это тут происходит? - гневно спросил Эдвард, устремляясь к образовавшейся троице.
Джастин отметил про себя, что как бы позорно это всё не происходило, но если Ливьен сейчас их защитит, это будет совсем не плохо. Ну, хорошо-то хорошо, только вот стыдно очень, - но оно ведь всё и затевалось для того, чтобы их с Эви спасли, лавовый демон бы побрал и его трусость, и страх, и всю эту ситуацию!
На какой-то короткий миг мужчине показалось, что на самом деле его никогда и не отпускали на свободу. Просто сделали инъекцию какого-то нового вещества, незаметно и безболезненно, и теперь он, наверное, валяется мешком на полу камеры и видит сны, бредовые в их реалистичности.
Или - ходит с открытыми глазами по камере, думая, что он уже на свободе - и недоумевая, почему он всё время натыкается на прутья решётки и гадая, что же это такое.
Как он ни старался сдержаться, но его передёрнуло.
И в тот же момент Эви, которую он до сих пор сжимал в руках, как утопающий, тонущий вместе с соломинкой, завозилась, устраивясь поудобнее, и обняла его сама. Её взгляд стремитевльно наполнялся осознанностью и конкретными мыслями. Так что Ливьен, давно уже осознавшая, что её сейчас используют в качестве щита, уже не была так жизненно важна, как до этого.
"Ох, во имя Трёх-Десяти, как же меня пришибло... - подумал мужчина - Неудобно-то как... Поверить не могу, что я даже не смог это проконтролировать."
- В качестве верховной ведьмы я объявляю этого человека, уже понёсшего наказание, невиновным ни в чём. - отчеканила она, глядя в лицо Эдварду - Теперь он не более подозреваемый и виновный в чём бы то ни было, чем любой другой житель Города. И вы просто обязаны оставить его в покое.
И, помолчав, добавила:
- А ваши личные антипатии к этому человеку должны оставаться при вас. Или же вы можете поделиться ими с кем-нибудь другим.
"Интересно, и где же эти клятые способности Города, когда его помощь так нужна? - с досадой и тоской подумала девушка - Почему мне порой кажется, что станции как бы находятся вне Города? Как такое вообще возможно?"
- Алл-и-йя, мне надо будет потом поговорить с тобой наедине. - вкрадчиво-холодно произнёс Эдвард.
Девушке показалось, что его голос зазвенел, как льдинка в стакане с водой, поставленную на работе в один из холодильников. Или ей это просто показалось? Да даже если и нет, начальство не должно проявлять к ней никакой нежности. Нежности - это для людей, а не для начальников и подчинённых.
"Интересно, что это со мной? - удивилась ведьма - Такое ощущение... будто что-то высушивает мне душу. Наверное, я просто устаю, вот и стала... излишне восприимчивой. Не надо поддаваться. Так, кого бы мне позвать на помощь? Ах, да, лава побери, это ведь меня саму позвали на помощь. Да вы просто... издеваетесь, вот."