"Я не видела ничего лишнего. - повторяла себе девушка - Вообще ничего лишнего. Равно как и то, что делала тогда Эвитта, и что позволяла ни один раз. А зачем вообще она так себя вела - и рассчитывала ли на то, что потом у них с Джастином что-то получится?"
Наверное, девушка должна была отойти в сторону, дать Джастину и Эвитте объясняться самим... Но по всему было заметно, что как раз этого-то они и не хотели.
Джас прячет волнение за нагло-лукавой улыбкой, что не очень вяжется с его мертвенной бледностью и дрожью рук, которую он весьма искуссно маскирует, сцепив пальцы вместе до хруста.
А Эви смотрит на своих родителей так, словно после всего того, что произошло ночью в её квартире, родители стали для неё самым большим злом.
Хотя... Как сказать, может, оно и так. Тот Светлый-насильник просто получил то, что хотел, своё кривое и косое подтверждение Клятвы Ведьмы, после чего просто ушёл, причём дважды, - в окно и в портал, - никакого продолжения истории с Эвиттой он не хотел. И не планировал. Просто взял силой то, чем его, как он намекнул, его подразнили, но что не дали, хоть и обещали. Ни на чём он и не настаивал. А вот родители Эви - да. Они и настаивают, и требуют. Зараза.
А если посмотреть со стороны, без подсказок интуиции, - вряд ли она была знакома со Светлым или даже состояла с ним в близких отношениях, - по крайней мере, раньше с ней такого не бывало. Да и не живут они вместе, а отношения "насильник-жертва" - недостаточно близкие для того, чтобы всю жизнь преследовать друг друга, попутно вмешиваясь в чужие дела и предъявляя права на другого.
А вот родители - они такое могут. В принципе могут, - и по тому, насколько они близки к Эви, они запросто могут преследовать её всю жизнь, пока кто-то из них не умрёт и преследование станет невозможно. Да и вообще, хотела бы девушка пойти с ними или просто поговорить, - вряд ли она пряталась бы сейчас за спиной верховной ведьмы.
- А ты знаешь, Ливьен, - раздался вкрадчиво-холодный голос Эдварда, - за что был осуждён мой брат? За попытку уничтожения Города! И что с Эвиттой Мирс случилось ночью в её комнате, в её квартире?
Ливьен почувствовала, будто её с головы до ног окатили жидкой лавой. Вот же зараза! А ведь он не имел права так открыто говорить о... возникших проблемах, тем более, при всех, не говоря уж о том, что он так открыто высказался собственно при Эви! Вряд ли девушка хотела, чтобы эта история стала известна окружающим, или хотя бы просто слышать это лишний раз.
"Ага, ага... Такие разные люди, - и Джастин, и Эвитта. Но в обоих случаях - секс. Интересно, это делает их похожими - или нет? А Джас, выходит, простил Эви, и теперь и правда хочет ей помочь, на самом деле? Хотя, он-то теперь точно знает, что и как чувствует жертва!"
К счастью, с самой Лив такого никогда не случалось, - но она догадывалась, что это явно не то, что можно так легко забыть и о чём ей захотелось бы, чтобы ей напоминали.
Приглядевшись повнимательнее, ведьма поняла, что её босс явно на что-то злится. Если раньше он представлял себе, какая она без одежды и где они при случае могли бы удобно устроиться - то теперь он просто злится, причём не на неё.
Да что там "злится"? Он просто в бешенстве и в ярости, и только, возможно, присутствие родителей Эвитты заставляет его хоть немного сдерживаться.
- Что касается алл-и-йи Мирс, я не имею права обсуждать это при всех. - отчеканила ведьма, чувствуя такой стыд, будто это она сама сейчас позволила себе нечто недопустимое, а не её начальник. - А по поводу Джастина, - насколько мне известно, он уже отбыл своё наказание, и теперь свободен. И мы сейчас вместе покидаем станцию.
"Хочешь ты этого или нет." - вертелось на языке и так и хотелось это произнести вслух, но Ливьен сдержалась.
В конце-концов, ей здесь ещё работать. А вот по поводу странного поведения Эдварда она постарается узнать потом.
- Ливьен, давай отойдём на минутку. - внезапно произнёс Эдвард - Это ненадолго. Твои спутники могут подождать тебя около двери, если тебе так будет удобно.
Ну, что ж.
- Тогда я могу выбрать, где именно будет проходить разговор? - неожиданно спрашивает Ливьен. - В таком случае, я хочу, чтобы разговор проходил на кухне. Мне так будет удобней.
И идёт первой, чтобы не дать начальнику времени опомниться и сказать что бы то ни было.
Потому что как объяснить тот факт, что он начал её нервировать, что этот разговор, да и сама встреча, начали её напрягать, - и что она категорически не хочет ни уходить с ним куда-то далеко, ни, тем более, уединяться?