Спрятать своё сердце в кристалл с острыми, режущими гранями. Тогда они порежут любого и каждого, кто приблизится на опасное расстояние.
Порежут и его самого, когда он забудется и захочет сблизиться с кем-то. Хоть с собственным братом, чья ненависть и подозрения его теперь только забавляют.
А сердце, которое не бьётся, - оно и не болит. Никогда.
Джастину в прошлом слишком часто делали больно. Так он научился делать больно другим. И без разницы, за что именно тебе причинили боль. Боль, - она, знаете ли, доброте и раскаянию не учит.
- Джастин, я тебе верю. - сказала Ливьен.
Мужчина нахмурился.
Теперь они стояли друг напротив друга и молчали.
И - Лив просто показалось, или сейчас, в ходящей ходуном, словно от трудно сдерживаемой ярости, станции, в окружающем их шуме и в замкнутом пространстве Джастин был как-то по-особенному.. сексуальным? Это неуместное желание как-то отвлекло её, переведя мысли совсем в другую плоскость. А именно - в человеческую симпатию, интерес подойти поближе, чтобы не испугать, чтобы убедить в своих добрых намерениях, а потом - прижаться, и...
Опасный хищник. Привлекательный - и опасный. А хищники, они ведь тоже живые, верно? И не только они могут сделать больно, больно может быть и им. А делать кому-то больно намеренно, можно ли оправдать это необходимостью - или нет?
Раньше Мастер никогда не замечала за собой интереса именно к таким мужчинам, вернее, к такому типу, и именно к такой внешности, равно как и того, что чем большая часть тела у мужчины закрыта, тем он ей кажется более сексуальным. Может, это потому, что если у мужчины и женщины всё закрыто, они дольше смогут раздеваться, раздевать и при этом ласкать друг друга, растягивая удовольствие и даря его другому?
"Я не буду причинять тебе боль, Джастин. - подумала Ливьен, незаметно для самой себя облизывая пересохшие губы и отлично понимая, что этот жест может быть истолкован двояко.
Или не может.
"Я избавлю тебя от кристалла, защищающего твоё сердце, и бережно возьму в свои руки. И каким бы враждебным мир ни был... Мы ведь можем уйти отсюда куда угодно и когда угодно, не так ли?"
Вот ещё только надо найти возможность как-то отпереть дверь, а потом убедиться, что за дверями их никто не ждёт. Вот такая малость отделяет их от свободы и от возможности не торопить события и спокойно общаться, надеясь на то, что скоро у них возникнет взаимное доверие, симпатия, а потом и любовь.
Лив подумала об этом всём - и улыбнулась.
Странно, неуместно заискивающе, жалко, против своей воли, словно открывая какаю-то тайну, о существовании которой сама узнала только что - и совершенно искренне. Словно догола разделась.
- О чём ты сейчас подумала? - спросил Джастин, удивлённо.
И как-то так, словно он только что прозрел - или научился говорить.
Или освободился от пут, сковывающих его на протяжении очень долгого времени.
"Во имя всех богов... - ошарашенно подумала Ливьен - Неужели даже вот такое теперь кажется мне жутко сексуальным? А ведь он раньше в тюрьме был... И если его там, ну, скажем так, ограничивали в свободе? Главное - не думать..."
Сказала самой себе - и почувствовала, как к лицу прилила кровь, когда она реализовала всю прошлую беззащитность стоявшего напротив неё мужчины, которая теперь никак не была заметна, но которая внезапно показалась ей на редкость привлекательной и манящей.
Остатки сознания говорили ей, что она никогда не была в здании тюрем, и не знает, как там всё обстоит на самом деле... Да и знает она только очень маленькую часть, в том числе и о прошлом Джастина, но сейчас перед ней словно приподнялась от ветра вуаль открыв её пониманию то, к чему она совершенно не была готова.
И даже от этого, от одного только намёка на то, что именно там с ним поисходило, казалось, что она рискует потерять остатки разума. Да лава побери, неужели у Джастина есть какая-то своя магия, которую даже станции Города не могут заблокировать? Или это всё его безумная мужская привлекательность? А может, это просто она, Ливьен, так изголодалась по плотским наслаждениям, по любви, что теперь видит сексуальность и привлекательность везде - и там, где она есть, и там, где её нет?