- Только бы портал сработал, только бы сработал... - прошептал он, бросаясь в спасительную темноту.
Раздался тихий хлюпающий звук, словно кто-то раздавил переспелый фрукт, брызнуло что-то ярко-красное, и по земле, тихо звеня, покатился теперь уже никому не нужный переговорнй кристалл.
Портал сработал, - но Система или ошиблась в поисках вторгшегося врага, или и правда была саморегулирующейся. Но так или иначе, Эдвард уже не воспринимался городом, как его житель, гость или любой другой обитатель.
Следующее утро началось для Ливьен с известия о том, что младший брат её начальника проник на станцию и, судя по всему, решил отключить её. Где был сам Эдвард - неизвестно; девушка попыталась связаться с ним через кристалл, но потерпела поражение. Мало того, что шеф не отвечал,так и ещё его кристалл находился вне зоны связи... Если вообще ещё существовал. А такого вроде бы никогда ещё не было. Может, разве что во время войны?
Ливьен отмахнулась от этой мысли. Каким бы Джастин ни был, он не сможет объявить войну Городу в одиночку, это просто невозможно. Да и зачем оно ему понадобилось бы? Он, что, самоубийца? Вполне возможно, он ненавидит всех живущих в Сумраке. но не до такой же степени, чтобы пасть в бою со всеми одновременно - и в первую же секунду?
- Он вроде бы дураком не был... - прошептала Ливьен, пересекая бегом длинный коридор станции - И сумасшедшим тоже. А лава его знает, какие они вообще - и дураки, и сумасшедшие! Только бы дверь открылась, только бы мой кристаллл сработал! Я должна быть рядом, я должна войти, чтобы если не разобраться, то хотя бы понять, что там происходит!
Чудо или нет, - но заблокированная дверь, ведущая в отсек управления станции, открылась с тихим шорохом, который как-то не вязался с такой массивной металличекой дверью и с той медлительностью, с которой ота открылась.
Первое, что подумала ведьма, ворвавшись в отсек - это то, что Джастин стал безумным композитором, и хоть в чём-то она не ошблась. Но, во имя Трёх-Десяти, как бы ей хотелось ошибаться! Вот только вместо музыки звучала адская какофония звуков и сигналов, свидетельствующих о том, что что информатика уже начала сбоить. Неужели Город и правда падёт? Неужели они все погибнут - или, того хуже, пострадают мирные жители?
Значит, надо... Боги, как же тяжело! Надо принести жертву, - и кому, как не ей, подертвовать тем, кем и должно жертвовать, а именно, собой?
- Знаю. - нетерпеливо произнёс мужчина - А ты ведь знаешь, что в чём заключается истинное предназначение Верховной Ведьмы? - он коварно улыбнулся, вернее, хотел, но получилось что-то вроде попытки дать понять, что он задал ей каверзный вопрос - И, знаешь, мне как-то не хотелось бы верить, что ты просто решила принести человеческую жертву для того, чтобы спасти Сумрак. А когда ведьма вроде тебя, Ливьен, приносит клятву, она... отдаётся. В некоторых случаях. А Сумрак, знаешь ли, всё равно не исчезнет окончательно, если ты об этом. И он..
- Я знаю. - нетерпеливо перебила его Лив - Он восстанавливается сам. Просто я хочу сделать то, что мне подсказывает моя душа - и моё тело. А клятва Верховной Ведьмы при принесении ребёнку требует стать ему родителем, старшим, другом, советником и нянькой, а когда вырастет - стать ему лучшим другом и поверенным.
Лив показалось - или Джастин ожидал, пока она договорит, так, словно хотел подловить её на чём-то? И, кажется, ведьма понимала, на чём именно. Окончание клятвы. Струсит - или нет. Дойдёт до конца - или всё же доходить не будет, скажет, что передумала? Вызовет стражников-химер, порождение Города?
- Клятва, принесённая женщине, означает, что Ведьма будет ей дочерью, матерью, сестрой, наперстницей, подругой и самым близким человеком. Близким настолько, что сможет делать записи в личный дневник под диктовку. Верховная Ведьма после принесённой клятвы полностью растворяется в том, кому поклялась, потому что она клянётся в верности.
Наступило молчание.
Во всей Звёздной существовали только двое, - мужчина и женщина, стоявшие друг против друга. Писк и гудение приборов исчезли, отошли на второй план, - или они уже настолько привыкли к этим звукам, что перестали их слышать? Что в это время творилось снаружи, - неизвестно.
Не было больше Сумрака, были только они двое.
- А клятва, принесённая Отверженному? - спросил Джас - Ты ведь знаешь, что?..