- Идите сюда.
Голос с придыханием, повелительный, хриплый от страсти, сможет ли он этому голосу отказать? Она ощутила движение воздуха, его движение, он приближался и несколькими секундами позже остановился чуть в стороне от нее.
- Ближе!
- Ппполя!
Он почти умолял.
Глаза закрыты, но она знает, что он возбужден. Слышит по дыханию, почти ощущает оттопырившуюся в паху джинсовую ткань. Между верхом и низом идет борьба. Что окажется сильнее – мозг или член? Ее устраивал только второй вариант.
- Лягте на меня!
Она вытянула руку и схватила его за пиджак. На нем всегда этот пиджак, серый, невзрачный, практичный, на первых уроках он ужасно ее раздражал. А сейчас шершавая ткань приятно покалывала кожу рук. Полина крепче вцепилась в нее, подтянула к себе, не выпуская материи, нашла рукав, взяла за руку, направив ее вниз.
- Вытащите из меня вазу и вставьте свой член!
Ремень уже расстегнут, пальцы заняты пуговицей. Он молчит, часто дышит, не протестует. Но и не делает того, что хочется ей.
Отпустив вазу, она стянула его джинсы вниз. Как же хочется обхватить ладонью и сжать член! Как хочется открыть глаза! Нельзя. Она чувствует, что нельзя. Если сделать это, он, итак шокированный и ошеломленный, растеряется окончательно и, скорее всего, сбежит. А второго шанса не будет никогда.
Снова схватившись за пиджак, она потянула его на себя. Его тело поддалось, опускаясь, она почувствовала, как плотная ткань пиджака растекается по ее обнаженной груди. Теперь немного сдвинуться. Вот так. И, снова взяв его руку, направить ее к вазочке, на всю длину горлышка вставленную в ее нутро.
Между ее ног прохладно и мокро, она мастурбировала долго, а теперь там, пышущим источником тепла лежит его возбужденный член. Член дрожит, он весь дрожит, прерывистое дыхание жаркими выдохами касается ее лица. Не открывая глаз, она сама медленно вытаскивает вазочку, убирая ее в сторону, затем накрывает рукой его пенис, смазывает, несколько раз водя по влаге своих половых губ, обхватывает, приподнимает и направляет его в себя. Кажется, он снова перестал дышать. Но! Он не сопротивляется, он позволяет ей это сделать. Он отдается. Член у входа во влагалище, она поднимает бедра, помогая ему войти внутрь. Да! О, Боги, наконец-то, да! Дальше – очень быстрый, дикий по темпу, намертво вцепившийся в тела друг друга секс. Он кончил, она – нет. Это сейчас это абсолютно неважно, он трахнул ее! Ей хорошо.
Позволив ему отдышаться, она, по-прежнему не открывая глаз, нащупывает вазочку, подбирает, отдает ему.
- Вставь ее в меня.
Секундная заминка, сбой дыхания, он неуклюже сползает с нее. Полина лежит в той же позе, широко расставив ноги, ждет. Он, путаясь в своих джинсах, все еще стесняясь, а может и опасаясь откровенно трогать ее, со второй попытки выполняет то, что сказала она. Ее рука, скользнув по его частично освобожденному от одежды бедру, неторопливо направляется вниз, задержавшись внизу живота, чтобы растереть по коже наполовину подсохший пот. Он пахнет вкусно. Сексом, летним зноем и красками. Он пахнет им.
- Теперь возьми краски и разрисуй меня. Всю меня.
- Х..хоррошшо.
‘Он все еще в шоке от происшедшего. Ничего, милый, это пройдет. Я научу тебя приходить и трахать, безудержно трахать меня ’.
Она услышала, как щелкнул замок портфеля, что-то выпало, он судорожно вздрогнул.
- Не торопись.
Горлышко вазочки двигается внутри нее, она вспоминает, как пару минут назад на ее месте был его член. Вторая рука поднимается вверх, показывая, где нужно начинать рисовать.
- Здесь. Начинай здесь. Я хочу, чтобы ты разрисовал мне грудь, бедра и живот. А потом лег сверху и снова вошел в меня. А на следующем уроке я хочу разрисовать тебя.
Рука остановилась, замерла, сердце замедлилось в груди, чтобы с утроенной скоростью забиться вновь. Она почувствовала, как его пальцы: холодные, покрытие краской, опустились на ее грудь и умело нанесли первый мазок. И одновременно прозвучал голос, всего одно слово, тихо, неуверенно, дрожаще, но на сейчас этого было достаточно для нее.
Ваза двигалась, готовя ее на второй заход.