Старенький пёс на ржавой цепи.
Он всё стоит, пристёгнут к оковам,
Трепетно ждёт тех, кто слепы.
ЕёМеня
Её улыбка, как утренняя заря,
Что будит по утрам меня.
Её уста, как шелковы меха,
Что целуют всего меня.
Её фигура, как та лаза,
Что переплела всего меня.
Разгульный люд
Дышащий смрадом перегара.
Сидящий, в рюмочной, подвала.
Под музыку эпохи перевала.
Скорбящий, что вождя не стало.
***
На свет красны очи показала.
Страны родной уже не стало.
Слезу на красный флаг пускала.
Серп и молот в руке не удержала.
Страна, что была великая держава.
Разбит, расстроен, и подавлен
Разбит, расстроен, и подавлен.
Поэт от критики людской.
Но не свернёт с тропы он главной,
В его груди зажжëтся вновь огонь.
***
Он будет верен делу жизни.
Писать о том, что на душе.
И пусть его клюют всё те же птицы,
Что не смогли летать как все.
Да, мне жаль
Да, мне жаль.
Я малость опечален.
Что не смог ещё в начале,
Разглядеть лживые слова.
***
Ушёл я гордо, без оглядки,
Не скрывая зла внутри себя.
Ведь они копеечные куртизанки,
И для них, мы косари.
***
Всю жизнь они идут с оглядкой,
Когда в глазах присутствуешь один.
При встрече мило улыбаясь,
Руку жмут со страхом на груди.
А я как был, и есть дурак
Она мне песни воспевала на закате,
Неся рассвет в своих руках.
Оберегала от напасти,
Ночами томными не спав.
При горькой хвори рядом пребывала,
Стараясь на ноги поднять.
В людское мне дорогу показала,
А я как был, и есть дурак.