Не успели мы вылезти из скафандров, как к нам слетелись все остальные члены нашего большого экипажа. Денисыч, Володя, Олег, Игорь — все они радовались успеху, наверное, больше нас, с шутками и улыбками помогали нам выйти из скафандров. Попав в дружеские объятия своих товарищей, мы с Володей Джанибековым все порывались добраться до контейнера с УРИ. Уж больно хотелось нам посмотреть на образцы, с которыми работали за бортом станции, потрогать руками результаты своего труда. Не переодеваясь, во влажных от пота белых костюмах, что обычно одеваются под скафандр, мы сразу устремились к контейнеру и лишь тогда вздохнули облегченно. Все образцы были обработаны, как то и требовалось по программе. "Маяки" даже сфотографировали нас с Володей в обнимку с контейнером УРИ, с которым нам никак не хотелось расставаться.
И снова надо собираться домой. Мы заканчивали последние эксперименты, упаковывали полученные в ходе исследований материалы для их доставки на Землю. С особой заботой укладывались металлические образцы, обработанные нами в открытом космосе, и ампулы с очищенными на установке "Таврия" биологически активными веществами — результаты двух наиболее крупных экспериментов среди десятков, выполненных на борту "Салюта". Мы знали, что этот ценный груз с нетерпением ждут те, кто готовил, конструировал и создавал аппаратуру, испытывал ее, прежде чем послать на орбиту. Потому, выполняя любое, даже небольшое исследование в космосе, чувствуешь ответственность перед теми, кто остался на Земле, ведь от того, как ты выполнишь его, зависят результаты длительных работ целых коллективов. Впрочем, такой подход вообще характерен для работы испытателей, в какой бы отрасли они ни трудились.
29 июля наш экипаж вернулся на Землю. Каждый спуск с орбиты, так же как и каждый старт, не похожи один на другой, да и каждый корабль, как живой человек, имеет свой характер, свои особенности. Работая с его системами, начинаешь чувствовать его, понимать его звуки и движения, приобретаешь опыт. Для Володи Джанибекова это был уже четвертый полет, и его опыт, спокойствие стали основой уверенной работы нашего экипажа. Впрочем, тогда он еще не знал, что не пройдет и года, как он вновь, уже в пятый раз, окажется на орбите, в третий раз вплывет в люк "Салюта-7". Такие неожиданные повороты — тоже особенность профессии космонавта. Тогда же, на исходе жаркого июльского дня, выйдя из только что приземлившегося спускаемого аппарата, мы сидели в креслах и с жадностью вдыхали аромат степи, горьковатый запах полыни, по которым успели соскучиться за те недолгие двенадцать дней, что отсутствовали на Земле.
Те, кому случалось взглянуть на Землю с космической орбиты, особенно хорошо понимают, как мала наша планета. В полете каждый человек воспринимает ее как свой большой дом. А возвращаясь домой, всегда хочется, чтобы в нем царили мир и согласие. Уверена, что такие чувства испытывали граждане всех стран, побывавшие в космосе. Встречаясь со своими зарубежными коллегами, всегда отмечала про себя, как легко космонавты находят общий язык, хорошо понимают друг друга в вопросах, одинаково волнующих всех нас. Это и понятно, ведь у нас одна профессия, и мы по опыту знаем, какие трудности и проблемы пришлось преодолеть в полете, каждый из нас ощутил радость возвращения с орбиты на Землю.
Мне довелось встречаться с Салли Райд, первой американкой, слетавшей в космос. Кажется, что и в сугубо профессиональном, и в чисто человеческом плане мы вполне понимали друг друга, прониклись взаимной симпатией, поэтому мне было приятно получить от нее поздравление со вторым полетом, с выходом в открытый космос. Чуть позже мы познакомились и с Кэтрин Саливан, которая через некоторое время после нашего полета тоже побывала в открытом космосе. Чувствовалось, что это хорошо подготовленные астронавты, что профессия, выбранная этими женщинами, им по плечу.
Поистине необозримы горизонты человеческой деятельности в космосе. Чем шире и глубже наши знания о нем, тем больше новых вопросов и проблем ставит он перед людьми, и от их решения во многом зависит дальнейшее развитие цивилизации. Замечательным провидцем был Циолковский, который в своих научных раздумьях о космосе мечтал принести человечеству горы хлеба и бездну могущества. И уже сегодня достижения космонавтики служат экономике и культуре, помогают решать насущные проблемы сельского хозяйства и медицины, геологии и географии, транспорта и связи.
Когда смотришь на Землю из открытого космоса, предстает изумительная по своей красоте картина. Залитая на дневной стороне солнечными лучами, наша планета переливается, играет всеми красками. Ночью — иное: на черно-бархатном фоне облаков, местами укутавших Землю, видны то там, то здесь фиолетовые вспышки молний. Эти мощные грозовые разряды напоминают о том, сколь могущественны и сколь еще не познаны силы природы. А рядом, возле тебя, — серебристый корпус орбитальной станции, огромные рукотворные крылья солнечных батарей. Там, где Земля свободна от облаков, мерцают в ночи четкие контуры больших городов. Они говорят о том, что наша планета обитаема. И сердце наполняется гордостью за все созданное умом и руками людей, за современную цивилизацию, жизненные соки которой питают ростки лучшего будущего. И, конечно, веришь, что если у человечества хватило сил, энергии и разума для сотворения всего этого, то ему хватит их и на то, чтобы не допустить ядерного безумия, удержать за руку тех, кто рвется с оружием в космос.
Я верю, что и через многие сотни лет при взгляде на Землю из космоса будут видны Сияющие огни городов, а не тьма послеядерного пепелища. Необычайно широкими будут горизонты плодотворного сотрудничества людей в мировом пространстве. И тогда участники интернациональных экипажей, отправившиеся в далекую межпланетную экспедицию, смогут при возможной встрече с иной цивилизацией с гордостью за человеческий разум, победивший ядерную опасность, сказать: "Наш адрес: планета Земля!"
