Пройдя через траншею по шатким мосткам, они облегченно нырнули в теплоту хорошо обогреваемого помещения, где стоял невообразимый шум.
В торговом зале господствовали отделочники. Маляры заканчивали вторичную окраску стен, электрики подвешивали в потолку арматуру дневного света, паркетчики начали с дальнего угла шлифовку литого мозаичного пола. Всюду громоздились строительные материалы, провода, шланги сварщиков, банки и ведра с красками, сновали рабочие и толкачи городских организаций, проверяющие и проверяемые. Чувствовалось, что объект пусковой и большой важности.
Приход Сербы с девчатами не привлек ничьего внимания, пока Семён не остановил обиженно продиравшегося через ящики с метлахской плиткой товарища ответственного вида. Оказалось, что Сеньке попался представитель строительного треста инженер Пукало Евгений Евгеньевич, главный толкач от строителей, а трое солидных мужчин в серых шляпах и элегантных тёмных драповых пальто суть председатель горисполкома Дворников и начальники УКСа и «Гражданстроя». Строители в лице прорабов и мастеров засуетились, создавая впечатление кипучей работы, а высокие гости тем временем вникали в каждую мелочь, стремясь представить себе оставшийся объем работ и возможную реальную дату сдачи объекта.
— Кто представляет Зелёноярский гастрономторг? — внезапно спросил председатель горисполкома, и стоявший неподалеку, прислушиваясь к разговору, Серба приблизился и назвал себя. Дворников уверенно протянул привычным движением руку и пытливо, изображая отца города, чтобы сложилось уважительное мнение, взглянул на Семена. За ним подали руки начальники УКСа и «Гражданстроя». На стоявших в двух шагах девчат они даже не взглянули.
— Передайте Бочковскому, чтобы начинал завозить оборудование. Строителям предложено организовать работу в магазине в три смены, кроме того, в субботу и воскресенье. Где–то к пятому января принимайте помещение под монтаж оборудования. И надо въехать побыстрее, а то много жалоб наверх, — отрывисто пролаял Дворников, обращаясь к Сербе. Затем он с сопровождающими товарищами попрощался с толкачом Пукалом и торгашом Сербой и стремительно уехал.
— Ну, вот видите, — подытожил Пукало, — мы скоро закруглимся. Дано добро бросить на вашу лавочку всех отделочников, даже с первого общежития бригаду снимаем. Так что наверняка к новому году сдадим вам с иголочки. А вы кто будете, просто от торга или будущий завмаг?
— Возможно, будущий… Не знаю ещё, — сознался Серба, раздумываю, стоит ли.
— Вы ещё раздумываете! — вмешалась Татьяна. — Я бы в таком магазине век работать согласна, всё, как на картинке!
Серба и толкач усмехнулись. Они знали, сколько ещё предстоит сделать, чтобы магазин действительно стал, как на картинке. Ахая ежеминутно, девчата ходили следом, как цыплята, за Сербой и инженером, уважительно осматривали холодильные камеры, бытовые, складские помещения и разную технику, удивлялись, что в проекте не забыли предусмотреть горячий душ и комнату отдыха, восторгались стенами, выложенными плиткой, любовались всевозможными пультами и распределительными шкафами, лампами дневного света и зеркальными окнами во всю стену.
Парни–отделочники подтрунивали над Татьяной и Ниной, кидали вслед словцо «торгаши», но девчата не обижались.
На холодину выходить не хотелось, поэтому Серба и девочки с удовольствием потолклись ещё часок, мешая строителям и спотыкаясь на грудах материалов и инструмента. Выбравшись на улицу, окунулись в морозный воздух, ходко пошли, подпрыгивая, к автобусу. Слегка пуржило, но настроение оставалось приподнятым, по дороге смеялись и шутили.
— Неужели это был сам Дворников? — удивлялись девчёнки. — Такой ещё молодой и глаза красивые!
— Что кому! — подумал Серба, который, кажется, решился на новый магазин.
Он не удивился сильно, когда, расставаясь с девчатами, услышал, что они просят его взять их на работу в магазин. Для себя он ещё утром надеялся склонить их к такому решению.
Договорились, что через денёк Татьяна и Нина разыщут его и он направит их в отдел кадров. Пока что для прохождения медосмотра, а затем — видно будет.
Когда девушки вышли из автобуса, Семен поехал дальше, с намерением добраться до кафе и пообедать, так как натикало уже два часа дня. Стиснутый со всех сторон в переполненном салоне, он обдумывал возникшие ситуации — проблему магазина и прощальный татьянин взгляд.