В его пылающем мозгу одна картина сменяла другую. Образы прошлого перемежались ужасными видениями, действующим лицом которых была его жена, переживающая последние предсмертные минуты.
Сквозь пелену этого кошмара Джейк вдруг отчетливо увидел игру солнечных лучей в волосах Сирены, Это неожиданное проявление жизни настолько поразило его, что он упал на землю рядом со своей женой, уткнулся лицом в ее некогда чудесные волосы, желая только одного — вспомнить знакомый запах ее тела, ее голос, полный неги и желания.
Все погибло! Ушли в небытие мечты Сирены о прекрасном будущем, его страстное желание возвратить их любовь. Осталось только одно — прощание со своей любовью, которую он думал лелеять вечно и которую он так давно потерял.
Хелли ласково пожала его плечо, пытаясь хоть как-то помочь Джейку, сказать, что понимает его чувства. Но лицо его оставалось совершенно бесстрастным.
Хелли очень хорошо знала, что означает это холодное, почти застывши выражение. Оно было очень похоже на ее собственное, когда она узнала о смерти своей матери.
Ее мать, бедная нежная Джорджина, — единственный человек, который когда-либо заботился о Хелли. Они вместе боролись с одиночеством, навязанным им тираническим Амбруазом Гардинером, и сопротивлялись его жестокости благодаря взаимной любви.
При воспоминании об отце у Хелли сжались кулаки. Она его ненавидела. И хотя Хелли знала, что ненависть — грех, она все же надеялась, что Бог простит ее. Ведь он наверняка знает, как трудно любить человека, лишившего ее дома, законного наследства и всего, что у нее было в жизни.
Хелли глубоко сочувствовала Джейку, и Джейк, почувствовав, как она наклоняется к нему, обернулся. Он увидел ее, окруженную сиянием какой-то странной красоты.
Хелли вдруг заключила Джейка в объятия и стала утешать как маленького ребенка, который ушибся. Сначала он был удивлен, но все же поддался теплу ее ласки.
Она укачивала его, прижавшись щекой к волосам. Баюкала, поглаживала и, когда не хватало слов, просто молча держала в своих руках. Казалось, что время для них остановилось.
Наконец Джейк высвободился из объятий Хелли и посмотрел на ее залитое слезами лицо. Он смахнул эти капельки печали, но их тотчас сменили новые. Он ласково улыбнулся девушке, и вдруг из ее груди вырвались рыдания.
— Неужели тебе ее так жалко, Миссионерка? — прошептал Джейк, невольно обнимал прижавшуюся к нему девушку.
Хелли кивнула. Постепенно рыдания перешли в икоту.
— Я часто думала… что, если бы познакомилась с ней… раньше, то есть ты понимаешь, до того как мы могли бы стать с ней подругами. Иногда в моменты ее просветлений мы вместе смеялись и обсуждали все то, что женщины находят интересным. У меня никогда не было близкой подруги или друга, и это заставило меня понять, как хорошо, когда они у тебя есть.
Джейк с удивлением посмотрел на Хелли. Она всегда казалась очень занятой и вполне довольной жизнью. Ему и в голову не приходило, что Хелли может быть одиноко.
— В последнее время Сирена по-своему очень к тебе привязалась, и мне тоже кажется, что при других обстоятельствах вы с ней были бы неразлучными подругами. Я знаю, что она бы очень этим гордилась. Да и любой другой тоже.
Хелли покачала головой.
— Я никогда не умела заводить друзей.
— Леди Миссионерка, я почту за счастье считаться вашим другом.
— Правда? — спросила Хелли дрогнувшим голосом, отчаянно желая поверить его словам.
— Правда, — улыбнувшись, заверил ее Джейк. Он был тронут немым призывом в ее взгляде.
Хелли светилась такой благодарностью, что он не мог удержаться и крепче прижал девушку к себе.
Какова же была ее жизнь, если так мало надо, чтобы доставить ей удовольствие?! Что ж, он будет ей другом, лучшим другом, и, черт возьми, она никогда об этом не пожалеет!
— Джейк?
— — Да?..
— Как вы думаете, кто убил Сирену?
— Не знаю. Я и сам спрашиваю себя об этом.
— Не могу представить, кому понадобилось убивать такую слабую и больную женщину. И зачем, если на то пошло?
— Я уверен, что за время ее привязанности к наркотикам она вступала в контакт с весьма подозрительными личностями. Думаю, кто бы ее ни убил, он так или иначе связан с опиумом. Что может быть опаснее, чем быть во власти сумасшедшей?! Думаю, кто-то испугался, что она ненароком выдаст его. Однако я…
— Боже! Сирена!
При этом душераздирающем вопле Хелли и Джейк отпрянули друг от друга и, раскрыв рты, уставились на Сайруса Кинга, который стоял прямо за ними. Они так увлеклись разговором, что не заметили, как он подошел.