— Очень приятно это слышать, — буркнул Джейк себе под нос.
— Я знаю, что это больно, Джейк, и очень стараюсь быть осторожной. Скоро Хо принесет хлороформ, и тогда ты сможешь уснуть. А я…
— Нет, — коротко отрезал он.
— Что ты имеешь в виду под этим «нет»?
— Я имею в виду хлороформ.
— Пуля, кажется, прошла удачно, ничего не повредив, но в рану попали обрывки одежды. Надо их вытащить, а для этого, вероятно, придется сделать маленький надрез.
— Нет.
— Будь же благоразумен, Джейк. Зачем тебе… Он нетерпеливо приказал:
— Перевяжи потуже и оставь как есть.
— Отлично! Представляю, как ты будешь себя чувствовать через несколько дней, когда рана воспалится.
От этой мысли Джейку стало дурно.
«Прекрасно, — подумала она. — Еще немного, и он согласится на наркоз и проспит всю процедуру». Хелли подчеркнуто кивнула:
— Можешь не сомневаться, она загноится. Конечно, если ты раньше не умрешь от потери крови.
Джейк сжал ее руку, но Хелли безжалостно продолжила:
— Более того, через несколько дней у тебя начнется лихорадка от заражения, и сил бороться с болезнью не будет. Тем более что ты потерял много крови. Так что, как ни смотри, надо чистить и зашивать. Вопрос только в том, как много ты хочешь страдать.
Джейк со стоном прижал ладонь Хелли к глазам. Несколько мгновений он обдумывал ее слова.
Боже! Он слишком хорошо знал ужас таких инфекций. Память мгновенно воскресила больничную койку, армейский хирургов, исследовавших его воспаленное бедро. Изматывающая лихорадка усиливала боль во сто крат. И наложение швов. Он просто позеленел при воспоминании о проходящей через края раны игле. Каждый следующий стяжок был болезненнее предыдущего.
— Пожалуйста, Джейк. Позволь мне применить хлороформ. Я просто не могу так тебя мучить!
Ее умоляющий голос вернул Джейка к действительности. Он слабо улыбнулся Хелли:
— Я не уверен, что вынесу боль.
Мистер Парриш прекрасно понимал, что доктор права. Требовалась должная обработка, и, как бы ему ни хотелось этого признавать, выбора не было. Оставалось надеяться, что у нее все это будет не таким болезненным, как у армейских хирургов. Он молил Бога, чтобы это оказалось так.
Тяжело вздохнув, Джейк проговорил:
— Твоя взяла. Делай что надо… только без хлороформа.
— Но почему? Так ведь было бы легче для нас обоих.
— Мне однажды дали хлороформ в армейском госпитале, и я чуть не умер. Помню лишь, что очнулся совершенно разбитым и услышал, как доктора что-то бормочут об отравлении хлороформом. С того дня они не рисковали применять его снова.
От сострадания Хелли чуть не заревела. Бедный Джейк! Она даже представить не могла, сколько он выстрадал. И, понимая это, как она могла заставить его перенести еще одну пытку?
И все же выбора у Хелли не было. Вдруг ее осенила идея: да нет же — выбор есть!
— Я могу сделать инъекцию морфина, — прошептала она, глядя Джейку о глаза. — Это снимет боль.
— Боже мой! Нет! Хелли схватила его руку.
— Пожалуйста. Это единственный выход.
— Нет. Я знаю, как легко попадаются в эту ловушку. Ты забыла, что стало с Сиреной?
— Но это совсем другое. Один укол только поможет перенести боль. Я обещаю, что не причиню тебе вреда.
Он упорно мотал головой, но Хелли продолжала настаивать;
— Ты не похож на тех, кто становится жертвой наркотиков.
— Прекрати, Хелли! Я как раз был одним из них! Как, ты думаешь, я пережил боль и ужас после ранения?
Джейк сверлил Хелли глазами, ожидая, что она с отвращением отпрянет от него, и в то же время моля ее понять те страдания, которые довели его до этого.
Хелли выдержала его взгляд. Ей было больно за него, и она прекрасно понимала, чего стоило Джейку такое признание.
— Те дни уже в прошлом, и сейчас важно совершенно другое. Я сделаю все как можно быстрее. Обещаю.
Джейк был испуган предстоящим испытанием и одновременно тронут ее глубоким сочувствием. Прижавшись щекой к ее ладони, он пробормотал:
— Я тебе верю и обещаю во время этой пытки лежать тихо, как статуя.
Он говорил серьезно. Джейк доверял ей и ради нее мог перенести все, что угодно.
Хелли улыбнулась, довольная верой Джейка в ее врачебное искусство.
— Я также обещаю не вопить больше трех раз, пока ты будешь меня зашивать.
— Джейк. Какой ты молодец! — с облегчением улыбнулась Хелли, мысленно поздравляя себя с победой.
Он слабо засмеялся:
— Молодец, говоришь? А ты ведь еще не видела меня без брюк.
При этих словах девушка покраснела как рак. Но теперь этот оттенок ее лица казался ему восхитительным. «И когда Хелли Гардинер стала такой красавицей?» — удивлялся он.