К ее досаде, пьяный мужчина быстро пришел в себя.
— О нет, нет, не смейте! — закричал он. — Они меня напоили, воспользовались случаем и ограбили, поэтому так просто не уйдут! Я забираю их в магистрат и прослежу, чтобы их посадили за решетку и высекли за это! — Мужчина схватил стул и запустил им в стену. — Я хочу получить обратно свои деньги!
Угрозы Оливию не испугали. Любая из ужасного рода Делюси могла превратить магистрат в мягкую глину в своих руках. Но у нее не было настроения очаровывать магистрат или терять время на то, чтобы успокаивать своевольных и разгневанных мужчин.
Два последних дня Оливия провела в лихорадочных приготовлениях — и все ради упрямого, грубого, тугоумного мужчины. Едва она заснула, как ее разбудили из-за другого упрямого, грубого, слабоумного самца.
Оливия устала, проголодалась, и мужчина, которого она считала своим лучшим другом, оказался точно таким, как и остальные представители мужского пола.
— Вы, сэр, — произнесла она в холодной и резкой манере, которую ее приемный отец использовал, чтобы сокрушать выскочек и невежд, — вы оскорбили этих леди. Вы извинитесь перед ними!
Мистер Флад как раз поднимал очередной стул.
— Что? — вытаращился он на Оливию, опуская стул.
Ропот и бормотание невольных свидетелей стихли.
— Извинитесь, — повторила Оливия.
— Перед этими бой-бабами? — Рассмеявшись, он ткнул грязным пальцем в сторону ее спутниц. — Ты полоумная?
— Тогда выбирайте оружие, — сказала Оливия.
— Что?
— Выбирайте! Пистолеты или шпаги?
— Это какая-то шутка? — Мужчина осмотрелся по сторонам. — Потому что я не позволю сделать из себя посмешище.
Оливия сняла перчатки, подошла к нему и хлестнула его одной из них.
— Трус! — произнесла она.
Раздался всеобщий вздох.
Оливия отступила на шаг назад, украдкой рассматривая окружающую обстановку: пути отхода, преграды и возможное оружие.
— Ваше поведение достойно презрения, — добавила она. — Как, впрочем, и вы сами.
— Ах, ты…
Он бросился на нее. Оливия схватила со стола кофейник и запустила ему в голову.
Затем события стали разворачиваться весьма стремительно.
Пока бушевала буря, Лайлу пришлось искать убежища на постоялом дворе в Энфилде, более чем в миле пути.
К тому времени как он добрался до постоялого двора «Сокол», солнце уже поднялось. Он ожидал, что двор будет бурлить застрявшими проезжими, жаждущими немедленно отправиться в дорогу. Но вместо этого он обнаружил множество людей, толпившихся около дверей в обеденный зал. Все они вытягивали шеи, очевидно, желая видеть происходящее внутри.
Он спешился, оставив Николса заниматься лошадьми, и направился к двери.
— Что там? — услышал Лайл чей-то вопрос.
— Сын сквайра снова напился и буянит.
— Так это не новость.
— На этот раз какая-то рыжеволосая дамочка стирает его в порошок.
Лайл проник в обеденный зал и услышал оскорбительные слова, брошенные кому-то Оливией. Он пробился через толпу, но недостаточно быстро. Он увидел и услышал, как она своей перчаткой дала пощечину явно пьяному молодому человеку.
Из-за раскрывшего рот зеваки, попавшегося ему на пути, Лайлу не удалось схватить пьянчугу раньше, чем тот кинулся на Оливию. Оливия успела ударить его кофейником, и мужчина упал. Слуга, который нес поднос, споткнулся об него и растянулся сверху. Одни бросились к двери, другие взобрались на столы и стулья, но большинство столпилось ближе к центру потасовки.
Пока Лайл прокладывал себе дорогу к Оливии, он заметил Бейли. В отличие от всех остальных горничная сохраняла ясную голову, хладнокровно подталкивая двух леди в сторону двора.
Тут его внимание снова привлек голос Оливии.
— Вы — позор всех представителей мужского пола, погрязшего в невежестве! — услышал он ледяной тон Оливии, которому она, должно быть, научилась у Рэтборна.
Оглушенный ударом, пьянчуга лежал там, где упал, и, моргая, смотрел на нее.
Самое время ей исчезнуть. Но нет.
— Джентльмен набивает себе шишки и учится на них! — продолжала разъяренная Оливия. — А вы пристаете к женщинам! Вам должно быть стыдно, пьяный драчун. Жаль, здесь ни у кого не нашлось достаточно мужества, чтобы задать вам достойную трепку.
— Так его, мисс, скажите ему! — закричал кто-то сзади с безопасного расстояния.
— Всегда держится заносчиво.
— Его никто не трогает, потому что он сын сквайра.
Они все жаждали шумной драки. В обычной ситуации Лайл с радостью поучаствовал бы в ней. Ему доставило бы огромное удовольствие как следует вздуть этого осла, чтобы надолго запомнил.