— Так с ним же расслабиться нельзя ни на минуту… Вечный контроль должен быть. Я не представляю, как с ним жить можно… Ему еще с матерью жить и жить, пока ума не наберется, а ты решила его женить…
— Так ты же сама говорила, что из всех вариантов он — самый лучший.
— Говорила. Но, как выяснилось, я тоже могу ошибиться… Зави… Извини, но он того не стоит, чтобы угрохать на него свою молодость, просрать четыре года и услышать в итоге — я не готов жениться. Инфантил обычный! Красивый, сексуальный но идиот. Что поделать.
— Я не хочу с ним расставаться, ты не понимаешь этого? Я люблю его, все-таки…
— Ну, тогда тяни дальше. Пока совсем поздно не станет. Я бы с ним жить не стала. Честно. Я и со своим-то мудаком периодически жить не хочу, а тут твой…
— И что ты мне предлагаешь? Бросить всё и уйти?
— Я? Я ничего не предлагаю. Это ваша с ним жизнь, вот и разбирайтесь сами, а то потом я виновата окажусь. Нет уж, увольте. Свое мнение я тебе сказала, а там поступай, как хочешь.
— Ладно… Я тебя услышала… Пойду, наверное, посплю немного. Голову надо прояснить хоть чуток…— честно произнесла Зави, раздумывая над предложением Анны проследить за Томом. Кажется, где-то в телефоне у неё сохранился номер агенства, который в прошлый раз советовала подруга.
— Давай, не думай всякие глупости. Ложись отдыхать, а утром будет видно, что и как лучше сделать. Если что — звони мне, я приеду.
— Хорошо. Спасибо, Анна, ты всегда меня выручаешь…
Зави, продолжая раздумывать над тем, что сказала Анна, легла на край двуспальной кровати. Без Томаса кровать показалась ей чужой, холодной и пустой. Нет, однозначно, она еще попробует восстановить отношения. Нельзя сдаваться и опускать руки. Нельзя. Нужно лишь понять, что произошло с ним, и почему он вдруг из милого, доброго мальчика превратился в жестокое чудовище.
Натали, наконец, отмыв Баки от песка и путешествий, опустилась в кресло в гостиной. Баки, не слишком счастливый от проведенных над ним процедур, с фырканьем принялся вытирать морду о шерстяной плед, так услужливо раскинутый на диване. Она краем глаза наблюдала за этими ритуальными шаманскими танцами, с торчащим вверх антрацитовым хвостом. Немного подумав, Натали взяла в руки телефон. Звонить или нет?
— Привет!
— Привет, моя хорошая! — Ольга, как всегда была в хорошем настроении, и всегда рада слышать подругу.
— Как дела, что нового?
— Ну, что может быть нового у капитана полиции в Москве? Что нового… Новая постанова — являться на дежурство по дресс-коду, в костюме и белой рубашке. Хотя до этого ходили как хотели и переодевались по факту на службе. Теперь на КП проверяют внешний вид. Дур дом.
— Ого, — рассмеялась Натали, — Веселье начинается.
— Не то слово. У тебя как дела? Как твой английский знакомый?
— Да вот по этому и звоню… Нужен твой совет.
— О как… Но ты учти, что у меня из английского дома только чай, и тот я не очень люблю…
— Учту, обязательно. Короче… Даже не знаю с чего начать…
— Ты его того-этого? — засмеялась Ольга, намекая на секс.
— Именно.
— Ты — его… Не он тебя?.. Хотя, кого я спрашиваю, ты ж никогда не паришься, берешь что хочешь…
— Ну да… Короче, было. Как-то спонтанно получилось, в целом, как всегда. Вот сегодня вернулись с ним из Лэндс Энда. Я там была два дня в командировке. В гостинице.
— Номер для новобрачных? — подколола Ольга, хихикая и смакуя в голове подробности.
— Ну типо.
— Ну и как там с английским? Всё нормально? Друг друга поняли?
— Поняли, пару-тройку раз. Вся в синяках, как леопард. Но оно того стоило.
— Че, пацан отличился? Одарённый?
— Не то слово. Там прям нормально так пацана природа одарила. Щедро, — расхохоталась, не выдержав специфического юмора подруги, Натали. Ольга на том конце тоже хрюкнула в трубку.
— Атас, кому скажу — не поверят, моя Наташка чпокнула Хиддлстона. Обалдеть. Сама не верю. Но давай, не тяни резину. Ты ж не похвастаться звонишь…
— Да чем уж тут хвастаться. Скорее пожаловаться.
— Ну? Влюбился он в тебя что-ли?
— Ой, надеюсь, что нет. Сплюнь… Только этого мне не хватает. Я его точно не потяну. Ну прикинь, приезжаем в Москву и по родне — теть Маш, это Том Хиддлстон, актер, мы с ним эт самое… Не, не надо такого. Не представляю вообще никак.
— Так а че, ты свободная, он тоже. Или нет? Че на счет семейного быта?
— Вроде да. Но про семейную жизнь отзывается… Скажем так, не готов мужик к семейной жизни. По нему, в принципе, видно, что инфантил тот еще, маменькин сынок…
— Ну, а нафиг она ему? С его-то известностью и славой? Каждый день новую жену можно иметь. Я б тоже не спешила на его месте. Да и это нам, бабам надо скорее гнездо вить, птенцами обзаводиться… А эти… Аристократы, мать их так… Черт его знает. Британцы. Менталитет другой. Мало того, что мужики вообще с другой планеты, так ты еще и не понимающего по-русски нашла себе.
— Ну… Да я если честно, не о том. Как-то не рвусь я в миссис Хиддлстон, или как тут это… Я наоборот, спросить тебя. Как ему объяснить, чтоб не увлекался сильно? Ну, и самой за одно дров не наломать. Опять.
— Ну так и скажи — я за тебя замуж не пойду, ты не мой типаж. Или что ты хочешь? Если сама боишься влюбиться, значит отсекай нафиг сразу. Чтоб не мучаться.
— Да меня устраивает вариант, что мы иногда встречаемся. Там так нормально получается отдохнуть, потом все тело ломит. Самое оно. Знаешь, как говорится, такой экземпляр грех упускать, — снова расхохоталась Натали, чувствуя одновременно и неловкость от обсуждения своей постельной жизни, и необходимость выговориться кому-то кроме Баки.
— Ну так и скажи ему прямо. Он тебя замуж не зовёт, ты сама не рвешься. Вот и делай что по кайфу. Нравится он тебе?
— Да нормальный он, как оказалось… Неожиданно… Пойдет, скажем так.
— Ну и всё, тогда. Если нормальный, то всё поймёт. А у тебя такой шанс — со звездой затусить…
— Угу, лишь бы его фанатки не прознали, а то ведь сожрут живьём и костей не оставят.
— Так договоритесь с ним, как это дело обставить так, чтобы всем было удобно, — голос Ольги как всегда бодрил Натали и заставлял скучать по дому одновременно.
— Да, что-нибудь придумаю… Оль? Я на днях, возможно, прилечу на пару дней. Можно будет у тебя остановиться?
— Совсем с ума сошла? Спрашивает она еще. Молча взяла и приехала! Ключи у тебя есть. Ладно, солнце, целую, побежала, а то Пал Степаныч второй раз в кабинет заглядывает, рожи корчит. Что-то видать надо… Целую!
Натали, услышав короткий щелчок и отбой в трубке, положила мобильник. Надо же… Кем бы ни был её очередной ухажёр, Оля всегда найдёт подходящие слова для совета. Удивительная она, все-таки.
====== Часть 31 ======
Виски мучительно раскалывала головная боль. Тяжелый чугунный шар будто катался внутри, давя то на глаза, то на уши, то на челюсти, вызывая зубную боль. Хотелось зарыться головой в подушку, и прекратить эту пытку. Только сколько бы он не менял позу, сколько не искал удобное положение — боль не отступала, разбавляя своим присутствием боль в рёбрах.
Томас еще раз посмотрел на часы. Глубокая ночь. Сон по прежнему не шёл. Мысли пчелиным роем носились в голове, стараясь убежать от раскаленного ядра боли, мечась из стороны в сторону. Может быть, не стоило пороть горячку, высказав свое отношение к браку Зави? Ведь не её виной были провалы в карьере, простои и неудачи последних лет, с которыми он продолжал бороться, словно с ветряными мельницами, теряя и свое и её время. Если припомнить всё до минуты — причиной происходящего был он сам. Признаваться самому себе в этом было тяжелее, чем обвинить кого-то ещё в своих бедах. Хотелось выть, кричать, ломать всё, что попадётся под руку, выплеснуть ярость на самого себя. Но ведь от себя так сложно уйти. Куда бы ты не пошёл, пытаясь удрать от проблем, всё равно ты берёшь с собой себя — их источник.
Ведь если задуматься, то нет никаких правильных или неправильных решений… Есть только результат твоих решений и хочешь ты того или нет, тебе с ним жить. Вот и теперь он встретился лицом к лицу с результатами своих действий. Оставалось только принять собственную неидеальность и себя таким, как есть.