-Ну, конечно же, Марина блефует, - как будто назло девочкам, снисходительно отозвался парень и нагнулся, чтоб зашнуровать свои кроссы. Девочки от его настроя ещё больше разозлились на него, - не ссы ты, Томми, всё будет в ажуре.
Так же беззаботно подмигнув кудряшке, Кир потянулся уже к рюкзаку, что лежал возле комода.
-Всо будет в азуре! - передразнила своего друга Лёля и, не стерпев, в свою очередь, подвесила ему нехилой, так сказать, от всего сердца подзатыльник. – ты конченный придурок, Макаров и это ничто не в силе исправить.
- От тебя подхватил волну, - Кир так же снисходительно издевательски окинул брюнетку взглядом сверху вниз, - но в отличии от тебя у меня бешенство не наблюдается. Признайся, твое тотемное животное тузик в разгар весенней течки? О! Как раз середина весны...
Он улыбнулся как Чеширский кот, а многообещающий взгляд подруги ещё сильнее распалтл этого шутника.
- Совсем офанарел, идиот?! - девушка на глазах начала закипать, и это, если честно, было именно то, чего жаждал парень, вывести свою подругу, ибо он обожал смотреть на эту рыжую, но почему-то перекрашенную в брюнетку, фурию в бешенстве, для него в такие моменты она была по-особенному красива, но об этой он ей никогда не признается, а то охватит по башке и за это тоже, - раз простили, два простили, решил, что твое слабоумие уважительная причина косячить во все стороны?
Томка криво ухмыльнулась. Лёля и одна была в состоянии вправить другу мозги и, что скрывать, немного отыграться на его нервах, за их вчерашние переживания за него и за Пашу.
Одинцова уже и не пыталась влезать в «милый» диалог двух своих друзей. Кир как всегда дал наживку, а Лёля по привычке, добровольно проглотила её. Эти двоя, всё равно, пока не попьют кровушки друг друга, не успокоятся. А это должно было произойти, как показывал опыт дружбы долгих лет, не скоро.
Им просто нужен был повод, чтоб между ними вспыхнул огонь. Тамара даже была уверена, что эти два детина под два метра уже даже благополучно позабыли из-за чего собственно сцапались и просто по привычке придирались друг другу.
Впрочем, всегда происходило именно так, но Тамара была в кои то части спокойна, ибо такие перепалки между Киром и Лелей были в порядке вещей. И дарили некое чувство постоянства, как бы странно это не звучало. Наоборот. Если они хоть день не доставали друг друга, вот тогда Тома и Паша серьезно задумывались, а не случилось что-то.
Такое в их памяти случилось лишь пару раз. И Тома с Пашей могли смело утвердить, что лучше бы они по обычному обзывали друг друга и докапывались, нежели вели ту холодную войну между собой, от которой вся школа и спорткомплекс ходили на цыпочках и дышали через раз.
В такие времена парочка выявляла особый вид агресси. Леля ходила сама не своя, её обычно озорной взгляд напоминал цепкий захват амазонки, а улыбака и шалопай Кир не подпускал к себе абсолютно никого.
Захотев воспользоваться моментом, один мальчик с параллельного потока подкатил к Лее, думая, что сможет уломать Лелю на свидание. Получив отказ, он грубо повел себя с девушкой. Она, будучи уже не в самом хорошем эмоциональном состоянии, в тот день со слезами прогуляла урок своей любимой физкультуры в женском туалете и не лицезрела, как взбешенный Кир, которому одноклассники донесли последние новости, избивал того смельчака прямо в зале физкультуры. С особым наслаждением он раз за разом наносил кулак над наглым лицом этого ушлепка. Никто не смел подходить. Даже физрук- старенький Леонид Семенич не мог оттащить злого как черт Кира от провинившегося парня.
Даже учителя пребывали в ужасе от происходящего. Их классный руководитель в последний раз даже взывал Тому с Пашей уговорить Кира остановиться, а то им пришлось бы вызвать полицию.
Но те, зная, что друг так поступал не просто так, разводили руками, тем самым молча говоря, что и они в этом вопросе бессильны. Но всё же Тома, чтоб спасти друга от будущих проблем, побежала за подругой, которая до этого попросила её не трогать на время.
И только появление в зале заплаканной Лели, в сопровождении Томы, смогло остудить горячую голову Кирилла и избавить от той пелены бешенства, что застылало ему глаза.
Полностью потеряв интерес к праню и бросив его- избитого на пол как тряпочную куклу, он молча подошел к ней. С минуту тщательно разглядывал её заплаканное лицо и так же молча взл её за руку и вышел из зала. Леля, как ни странно, покорно последовала за другом. Ведь по дороге Тома успела ей во всех красках обрисовать всю ситуацию, на что Леля была изумлена до глубины души.