Эх...
По злой шутке судьбы такие предметы как история, русский язык и литература и обществознание мы проходили общим потоком, в одном классе собирались по три-четыре класса.
Сказать честно? Эта задумка была изначально полнейшей издевой в адрес учителей, ведь представьте два потока учеников, это приблизительно 40 неокрепших и несформировавшихся индивидуума, стремящихся самоутвердиться, и чаще всего за счет других, а теперь представьте одного учителя, который отчаянно пытается что-то учить этим детям с первобытными инстинктами обезьян.
Я же говорила чистейшая издевка.
Но наш директор был сам себе на уме и частенько «радовал и нас, и учителей такими вот «педагогическими» трюками.
Он отчаянно стремился повысить уровень продуктивности, но пока что единственное чему он добился это расшатанные нервы учителей и развитие фантазии учеников на всякие проделки и не всегда невинные.
В любом случаи, мне и друзьям эти совместные уроки никак не мешали, если только немного, но это совсем другая история.
Я уже в предвкушении ждала того, как же поведёт себя мать семейства пернатых. Она вся собранная стояла между гнездом и хищником, всем своим воинственным видом показывая, что своих птенцов ни в коем случаи не даст ему.
Невольно и я напряглась, что аж всем корпусом повернулась к окнам и немного завалилась на подоконник.
Задержав дыхание, ждала развязки.
Я знала, что всё же вмешаюсь в эту сцену.
Справедливость справедливостью, а против собственной натуры не попрёшь, вон даже чисто подсознательно уже схватилась за тем, что первой попалось под руку, а точнее за пенал Лели, и зная то, как Леля тащится от последнего, я была уверена, как я проведу большую перемену, выискивая по всему двору любимое канцелярское изделие не менее любимой подруженции.
Вот кошка уже встала на их ветку, вот мать птенцов расправила свои крылья, кошка тягуче медленно приближается и…
-Что, кошки скребут твою «тёмную» душу? - я от неожиданности даже подпрыгнула на месте и в голос ругнулась, за что получила неодобрительный взгляд от исторички. Я никак не отреагировала на это. Уж извините, но таким образом меня не взять.
- Неужели тебя доскучила История?! – я перевела демонстративно скучающий взгляд на Илону и повернулась обратно к подруге.
- Прикинь.
Брюнетка даже не постеснялась и театрально ужаснулась. Рукой прислонилась к своему лбу, а потом передумала и поставила на мой, якобы проверяя мою температуру.
И не просто так.
История одна из немногих моих любимых дисциплин, и я всегда с неприкрытым интересом участвую в процессе урока. Но то, что творила Литвинова без боли в ушах невозможно было слушать. Лучше повеситься или же прикинуться глухой.
- Я щас утоплюсь в этой же бутылке из-под воды, - она мученическим видом уткнулась лбом о стол и продолжила смешно мычать прямо в тетрадку, - кто ни будь застрелите эту инквизиторшу, обещаю поделюсь шоколадкой. Том, у тебя чисто случайно не завалялся пистолет в рюкзаке?
- Тебе какой? – я сделала вид, что ищу в рюкзаке то, о чем она просила, - Макаров или Глок?
- Да хоть БТР, - класс разразился дружным смехом. – или лучше беспилотник.
- Грачева! - грозный гонор учительницы заставил всех тут же заткнуться, но не мою подругу.
- Я-то что сделала? – она искренне удивилась и даже немного оскорбилась, - все претензии к Литвиновой. Она главный спонсор всех моих душевных терзаний и мук.
Учительница устало закатила глаза и ничего не говоря отвернулась к Илоне. Но перед этим сняла свои очки и устало протерла переносицу.
Да уж красавица, но не умница Илона могла всех довести. Даже Валерию Леонидовну. Всем было понятно, что она целиком разделяла мнение Лели и держала свой нейтралитет чисто из-за педагогических побуждений, но всё же она умудрилась подмигнуть Леле.
Последняя же, получив «зеленый свет», выпрямилась и потянула руки вверх якобы прося спасение у высших сил.
Мы с Пашей тихо подсмеивались, да и одноклассники тоже по достоинству оценили выходку Лели. Только Кирилл, к счастью учительницы, продолжал дрыхать за нами, на последней парте, а если бы и он наблюдал за происходящим анархизмом, то дуэт «Кир и Леля» разнес бы весь урок своими не самими безобидными подколами.