С её средним ростом и хрупкой коплекцией, она еледоходила мне до плеч.
-Как она? - вырывался у меня вопрос, как только мы зашли в её кабинет.
-Ты сначала присядь, - мама не обратила на мой вопрос никакого внимания. Со своей природной грацией прошла и села за стол и начала пилить меня своими зелёными глазами. Её обманчивое спокойствие давило, но не настолько. Меня, по крайней мере, это не задело, а вот своими сотрудниками и подчиненными она превосходно руководила.
Ох уж эти её изумрудного цвета глаза и взгляд из под лба. Посмотрит и у её собеседника не может остатся ни единого шанса. Тут же окажется под гипнозом и расскажет всё и во всех подробностях. В детстве я больше боялся её расспросов, нежели отца и его методов. Папа хоть и был суровее мамы, но вот его методы воспитания были не такого стиля.
В детстве это было равно наказанию.
В детстве.
Оно у меня закончилось, как только меня отец впервые огорошил радостной реалью. Мне тогда было лет шесть.
Сейчас же я устало выдохнул и сел напротив родительницы.
Меня в данном возрасте мало что могло напугать или же надавить на меня. Заслуга отцовского воспитания и мира, в котором я живу.
И мать об этом превосходно знала.
-И? – я в ожидании выгнул бровь, на что она коротко хмыкнула.
Я с удовольствием продолжил бы эту забавную битву характеров, но ситуация забавной назвать никак не мог.
- Объясни мне, сын, как ты- опытный… -она на секунду запнулась, а я понимающе усмехнулся, - …водитель, смог ТАК покалечить бедняжку.
Я лишь снисходительно хмыкнул, точно так, как секундами ранее она, что и её рассердило.
И я не захотел продолжить доводить собственную мать, поэтому рассказал всё как есть.
В ходе рассказа глаза моей мамы то расширялись, то сузились. Эта слишком умная женщина была хорошо натаскана и без труда могла вычислить любую ложь. И она поняла, что я ни капли не наврал ей.
Только по глазам можно было понять, как она переживала. На лице не отражалась ни одна эмоция. Сказывался опыт, но, кроме этого, мы оба знали, что в нашем мире и не такое бывало.
Я её понимал.
-Ужас! - с еле улавлимой досадой выдала мама. И я был уверен, это будет единственное проявление её эмоций. В отличии от меня она успела повидать побольше моего.
Я лишь устало задираю голову и закрываю глаза. Тут же перед моим взором появляется девушка, её потерянный взгляд сквозь лобовое стекло, потом она распластанная на асфальте с огромной раной на бедре. Её кровь хлещет и покрывает всю её хрупкую фигуру. Она вся такая беззащитная лежит и истекает кровью.
Открываю глаза и отряхиваю голову, в цели отогнать непрошеные образы.
Вот же ирония.
Каждый день сталкиваюсь с более трудными ситуациями, вижу немало побитых в полусмерть парней, и даже глазом не моргаю (и не только из-за статуса), а тут…
всё дело было в ней…
Она, в отличии моих людей и врагов, невинная девушка и жертва прихоти такого отморозка как Кудрявцев. Хотя, что можно ожидать от близкого друга Борисенко.
С ними я планировал встретиться чуть позже. Пока что надо было заняться девушкой. Но вот руки уже чесались. И так семьи этих шавок слишком высоко тянулись, а их отпрыски вообще переходили уже все дозволенные и нами поставленные правила.
-Не волнуйся, - уже поменяв настрой, ободрила меня мама, - сейчас пойду, разузнаю всё.
Она поспешно покинула кабинет. Через минуты две-три появилась медсестра, со стаканом в руке.
- Это София Павловна распорядилась, - я лишь кивнул и опять переключил взгляд на окно. Как будто это меня успокоило бы.
А там снаружи уже вовсю лил дождь.
Апрель и май всегда преподносят сюрпризы. И я не только про дожди.
Поганая погода, как и, в целом, вся эта ситуация.
Даже не взглянул, что там мама прислала, точно какое-то успокоительное. Не нужно мне было ничего. Пичкаться успокоительными и потом пару часов или больше ходить бесчувственным овощем не входило в мои планы. Наоборот мне нужен был ясный ум.