Что же, противник и вправду достойный.
- Тамара, - Марина наконец подала голос, на что младшая сестра перевела свой снисходительный взгляд с оппонента на неё, всем своим видом говоря «неужели ты решила вмешаться?!» - не поможешь мне?
Наверное, даже глухой услышал бы нажим в её тоне.
Марина кивком указала на выход их кухни, потом аккуратно, чтоб лишний раз не напрягать поврежденную ногу, встала и прошла к двери.
- С радостью, - Тамара шустро встала с места и не отводя своего насмешливого взгляда, с легкой усмешкой последовала за сестрой, оставив подругу с ним. И только последняя смогла уловить мимолетный жест, дающий ей «зеленый свет» на допрос.
Как только сестры зашли в комнату старшей, Марина чуть ли не хлопком закрыла дверь и с упреком уставилась снизу верх на Тамару.
Разница в их росте не играла в пользу старшей. Та на фоне Тамары выглядела маленьким злобным кроликом.
Эта мысль вызвала улыбку на лице кудряшки, а Марину сильнее вывела из себя.
- Ты что вообще творишь?! - и как она умудрилась шепотом выкрикнуть? – Что за неуважение? Тамара я тебя просто не узнаю!
Тома лишь хмыкнула на лицемерие старшей сестры. Она не собиралась ни отвечать, ни тем более извиняться.
Она считала, что со стороны сестры было верх несправедливости сначала заставить ей поверить в то, что причина её неожиданного отъезда к родителям её вчерашние выходки, а потом и вот так с бухты барахты вылить ей на голову «радостную» новость про её парня.
- Неуважение... – эхом повторила Тамара и перевела взгляд с чемоданов на саму Марину.
Та бравада и показушная дерзость в миг исчезли, и уже в её взгляде Марина отчетливо увидела неприкрытую боль и разочарование.
- ... мне интересно лишь одно, - продолжила она тихо, а её голос подозрительно зазвенел, - ты вот так безжалостно решила внушить мне, что причиной моего отъезда наша с ребятами ночная вылазка? Или всё же у тебя хватило бы смелости рассказать мне, что у тебя появился парень, и что я тебе уже мешала?
- О чем ты? – Марина недоуменно уставилась на Тамару.
Всё же одна слеза покатилась по её щеке, которую она спешно стерла, и уже более уверенно подняла взгляд на старшую сестру.
- Систер, - она осилила саму себя и через боль улыбнулась ей, - я тебя не осуждаю. Не имею никакого права на это. Я, наоборот, до гроба благодарна тебе, что всегда стоишь на моей стороне. Но меня задело то, что ты не была со мной искренна. Я бы поняла тебя...и обрадовалась бы за тебя...
- Томка...
- Не надо, Марин, я всё понимаю. Перееду к родителям, потом подам заявку на общежитие, чтоб не слететь из столичной сборной, а потом налажу всё...
- Погоди-погоди, - Марина прервала безрассудную речь сестры, - можно объяснить, ты вообще сейчас о чем?
Лицо Тамары с обреченного приобрело сначала недоуменное, а потом и обнадеживающее выражение.
- Ты... Игорь... отношения... – объясняя как маленькому ребенку, начала Тамара, - буду мешать и путаться под ногами.
Марина не дослушала и, к удивлению Тамары, разразилась истеричным смехом.
- Ты... – между смехом смешно захныкала Марина и пальцем указала в сторону кухни, - подумала, что я и Игорь...?
Томке оставалось лишь молча наблюдать за истерикой сестры и в конце согласно кивнуть. Ситуация приобрела непривычно неловкие оттенки, от чего Тамара не могла понять ничего. Марина пришла в себя и уже сама со снисхождением окинула сестру тёплым взглядом.
- Ну ты и фантазерка, Томка, - она устало присела на край своей кровати и рукой похлопала рядом с собой, Тамара плюхнулась на указанное место, - по-твоему, если у меня появиться молодой человек, то я выпровожу тебя из твоего же дома?
Укоризненно-поучительный тон сестры выбил весь воинственный настрой младшей и заставил под другим углом посмотреть на ситуацию. И новая картина ей нравилась больше, но её позиция, наоборот, показалась наитупейшей.
- Этот Игорь, - она прокашлялась, от волнения голос некрасиво осел, - не твой парень?
- Нет, конечно же, - она неловко улыбнулась и приобняла меня за плечи, - даже если и был, то тебя из дома не выселила бы, фантазерка-переросток.
-Эй! Ничего я не фантазерка.
- А против «переростка» ничего против не имеешь, - старшая в наглую стебилась над Томкой, зная, что та никак не обидится.