Да, когда я хотела видеть своим мужем именно Пашу. Да, сейсая я бы хотела попробовать с ним создать семью, потому что мне показалось, что мы это сможем. Но это было лишь мои фантазии, Паша-то не в курсе моих желаний и надежд. У него они свои и я с ними должна считаться. Ну не любит меня человек. Да, больно. Особенно потому, что это он, мояя первая и такая болезненная любовь. Но ведь не смертельно же, правда?! То, что не убивает, делает сильнее. Просто женщина-Халк сделает еще один апгрейд.
Пришло время перестать себе врать, что мы любим друг друга, просто нам нужно больше времени, чем другим. Времени у нас было предостаточно. Пятнадцать лет. Целых пятнадцать! Пришло время перестать жить в мире грез, где Паша самый идеальный идеал. Пора снимать розовые очки, которые я снова надела после развода.
Пора вспоминать о давних словах Эда о капучинке и о том, что на памятнике Паше трещины пошли еще в студенческие времена. Но я все упорно стараюсь не замечать, что и памятник-то в трещинах, и Паша – вовсе не тот идеал с постамента, что живет у меня в голове, а совсем другой человек, которого я по-настоящему и не знаю, а все прекрасное о нем я «додумала» сама. И прав был Паланик, который говорил, что ничто не возбуждает так сильно как собственное воображение. Так что я влюблена не в реального Пашу, а в тот романтический образ, который родился еще в студенческие времена. И я снова возвела его на постамент, трещины в котором наспех скотчем залепила, только потому, что мне страшно пробовать новый кофе, особенно после того, как напиток Ник, которому я вдруг решила довериться после стольких лет воздержания от кофе, жестко меня кипятком ошпарил. Но мне все равно нужно оставить Пашу и идти вперед.
В мире много мужчин и один из них точно будет любить меня. В мире полно кофе и не обязательно снова зацикливаться на капучино, который и не такой вкусный и горячий как раньше, просто мне страшно пробовать новые вкусы. С капучино-то как-то привычнее, все те же знакомые качели, которые я все мечтаю превратить в семью. А еще в мире много женщин и одну из них точно когда-то полюбит он. Полюбит, возьмет в жены и заведет с ней детей, которых со мной у него никогда не будет. Со мной его род никогда не продолжить.
Так что мы с Пашей обязательно будет счастливы.
Просто по отдельности.
Понедельник
Сегодня он все же присылает «Спасибо и тебя!» в ответ на мое поздравление с днем всех влюбленных
Но я все уже решила.
Воскресенье
На календаре первое марта. Первый день весны. Наступает пора изменений и я к ним наконец готова. Готова отпустить его. Я наконец-то осознала, что всю жизнь хочу, чтобы Паша принадлежал мне. Хочу знать, что он мой и всегда будет только моим. Но он не вещь, он не может быть моим. Он свободен. Мне одновременно тяжело и легко, но я отпускаю его. Мне не нужна его свобода и не нужна его любовь. Раньше я думала, что любовь – это когда ты ставишь любимого человека на первое место, когда он ставит на первое место тебя и вы принадлежите другу. Сейчас же знаю, что любовь – это когда ты ставишь на первое место себя, он ставит на первое место себя и вы оба свободны, но при этом рядом. Не ограничивая друг друга, но помогая раскрыться. Раньше я думала, что любовь – то, что возникнет сразу. Сейчас знаю, что сразу возникает только страсть. Любви нужны годы, а истинную Любовь познают единицы.
Я много лет была уверена, что мы с Пашей создадим семью, но он не был готов к этому ни в студенческие годы, ни сейчас. Я много лет была уверена, что мы предназначены друг другу свыше, но, если бы так и правда было, наши отношения развивались бы легко. Я много лет была уверена, что он меня любит, но, если это и правда было так, он бы не оставлял меня ни тогда, ни сейчас.
Я много лет потратила на отношения, которые существовали лишь в моей голове, и пришла пора это прекращать. Пора выносить мусор из своей головы и жизни, и освобождать место для нового, потому что тот самый, мой мужчина, который где-то точно существует, уже заждался, когда ему освободят место. И потому я беру телефон и пишу Паше:
«Пожалуйста, освободи меня. Много лет я жду, что ты будешь со мной, но у тебя явно другие мечты и они, видимо, не связаны со мной общим будущим. А я хочу семью и хочу быть счастливой, потому отпусти меня»
Он отвечает молниеносно:
«Хорошо, Ника. Я тоже хочу, чтобы ты была счастлива»