Я пытаюсь отвлечь Никиту от своего тела, но это бесполезно, потому что поцелуи его идут от шеи все ниже, потому выдаю козырь:
– Самое интересное, что из этой теории следует, что есть и параллельные миры.
– Ух ты! – восклицает он и я гадаю, что его так удивило – сообщение о параллельных мирах или красное кружевное белье, до которого он все-таки добрался. – Получается, что может быть еще какой-то мир, в котором есть ты и я?
– Возможно.
– И может быть где-то там у нас с тобой тоже свидание? – любопытствует он, медленно снимая с меня рубашку.
– Может быть. – я пытаюсь удержать эту идиотскую рубашку на месте.
– А может та параллельная Ника уже перестала заговаривать зубы параллельному Нику и наконец разрешила себя раздеть?
– Не думаю.
– Мне же кажется, что она поступила вот так. – он отодвигает свое воительское кресло назад и перетягивает меня к себе, усадив сверху.
– Как тогда бы поступил параллельный Ник?
– Он бы позволил параллельной Нике делать с ним все, что захочется. – он одаривает меня очередным поцелуем, все-таки снимая рубашку. – Исполнил бы любой ее каприз.
Я тону в его бездонных голубых глазах и спрашиваю:
– Прям любой?
Он кивает.
Я срываю еще один поцелуй, от которого кружится голова, а потом еще один, и еще, и еще, растворяясь в страсти. Но потом, понимая, что теория струн начинает давать сбой перед функцией размножения и мне все труднее устоять перед таким привлекательным мужчиной, я признаю:
– Тогда Ника хочет, чтобы Ник ответ ее домой.
Его лицо меняется. Совсем не такого ответа он ждал, потому переспрашивает:
– А больше она ничего не хочет? Например, слияния Ники и Ника? Чтобы Ник в квадрате получился.
– Это уже математика, а у нас вечер физики. И заниматься сложением на парковке перед заброшенным магазином, еще и на втором свидании, такое себе…
– А что можно на втором свидании?
– Все, что было можно, мы делали час назад, а вот сейчас… – я показываю на себя, сидящую на нем сверху в одном кружевном лифчике, – …мы уже переходим к программе в лучшем случае пятого свидания.
– А вот эта теория струн может нас с тобой из второго свидания в пятое хотя бы перекинуть, очень уж мне нравится любоваться твоей грудью.
– Она-то может и может, а я пока нет, так что верни мне рубашку и отвези домой. Старой тетеньке давно спать пора.
– Старой тетеньке? Ника, ну какая ж ты старая?! Но намек я понял. Возвращаю тебя домой и идем по порядку от второго свидания до пятого, которого я буду ждать очень сильно, потому что хочу снова увидеть тебя без рубашки.
– А я очень хочу увидеть твою машину возле своего дома через пару минут.
– Понял я, понял. – смеётся Никита и заводит машину.
А я перелажу на свое пассажирское сидение, одеваюсь и привожу себя в порядок. Смотрюсь в зеркало и замечаю, что мои губы распухли от его поцелуев, а кожа вокруг губ покраснела из-за щетины и понимаю, что завтра нужно будет купить гигиеническую помаду и больше нельзя забывать пользоваться кремом для лица.
А паркующийся у моего дома Ник подмечает и еще кое-что:
– У тебя хорошая помада, она вообще не оставляет следов.
– Просто она очень дорогая. – объясняю я, заодно вспоминаю шутку, которую ему тут же рассказываю: – А когда у тебя дорогая помада ты не можешь позволить себе целовать всяких мудаков.
– Получается, что я достоин такой помады?
– Ага. Ради поцелуев с тобой, я готова извести не один тюбик.
– Я тебе парочку новеньких прикуплю. – обещает он.
А потом заключает меня в объятия и целует до потери воздуха. И только после это отпускает домой.
Пятница
Я засыпаю и просыпаюсь под его сообщения. Никита окружил меня вниманием и заботой и все свободные вечера старается проводить со мной. Он дарит цветы и покупает мои любимые вкусняшки. Его не смущают ни расстояния, ни погода, ни трудности. Он всегда находит время для меня. А в, тот единственный раз, когда он не может приехать, потому что у него поломалась машина, он звонит и заранее предупреждает. Еще и пытается весь день ее починить, но тщетно, на это уходит и весь следующий день, но он безумно усталый все равно приезжает ко мне.
Чинит он и мое сердце, легко и безболезненно растворяя возведенную вокруг него стену. Заодно аккуратно топит тот кусок льда, в который я заковала свое сердце. И я впервые ловлю себя на мысли, что Никита мне по-настоящему нравится и я готова впустить его в свою жизнь. О чем я, конечно же, рассказываю Даше, которая поддерживает меня, хотя и честно признает, что ожидала немного другого мужчину рядом со мной и советует сильно не торопиться, чтобы не обжечься в очередной раз.