– А я что делаю? Слушаю, конечно. Куда мне от твоих нравоучений деться, – говорила Кэт, вытирая салфеткой в уголках глаз слегка размазанную тушь. – Я хочу домой. Ты со мной?
– Уверена, что хочешь уехать?
– Абсолютно!
– Я тебя проведу до такси, если ты не против, а сама задержусь. У меня здесь осталось незаконченное дело, которое зовут Вадимом.
Они вышли и проследовали к фойе. Боковым зрением Кэт видела, как за ней следят несколько пар глаз. Уже у двери оглянулась и столкнулась с его умоляющим: «Не уходи». Герман стоял в кругу нескольких людей. Уже знакомый ей Глеб Александрович, какой-то долговязый мужчина с недовольным лицом, толстый краснощёкий директор банка и симпатичная женщина в длинном узком синем платье с глубоким разрезом на правой ноге. Женщина внимательно посмотрела на неё и снисходительно улыбнулась. Кэт, проглотив тяжёлый ком в горле, нырнула в ночную прохладу.
– Какая безвкусица, – вздохнула Грета, когда тяжёлые двери закрылись за незнакомкой, привлёкшей внимание её мужа. Она видела, как вспыхнули его глаза и нервно дёрнулся кадык. – Красный сейчас никто не носит!
– А, по-моему, очень даже! – не согласился с ней банкир. – Разве может цвет любви быть не в моде? – засмеялся он, а Глеб его поддержал.
– А вы романтик! Если с этой точки зрения, то, наверное, да… – хихикнула Грета, прикрывая ухоженной ладошкой рот. – Я считаю, что такое платье может надеть только та женщина, которая ищет приключений. Как ты думаешь, Герман?
– Я думаю, что мне нужно выпить, – равнодушно сказал мужчина, вспоминая вкус Её губ.
ИЗМЕНА
Ампутация
Природа, распрощавшись со сквозняками и слякотью, разметав по ветру белоснежное цветение яблонь и облачившись в жемчужное платье, вальсировала в душном павильоне лета. Иногда она спотыкалась тёплыми короткими дождями и мимолётной облачностью, но солнечные лучи быстро сушили её одежды и весело отражались в мелких лужах. В очередной раз мир менялся, заставляя перестраиваться всё вокруг. Улицы, тротуары, парки, тенденции и вкусы приобретали новые черты. Люди умиленно смотрели на преображение природы, любовались цветами, примеряли в магазинах новинки моды и послушно покупали ароматы из летней коллекции. Потому что меняться – это к лучшему. Меняться – значит расти, развиваться, преображаться. Конечно, если речь идёт о положительной стороне перемен. Противоположная сторона называется иначе – деградацией. А к какой из сторон можно отнести измену своим вкусам, привычкам, чувствам и принципам – измену себе? Задайте этот вопрос и увидите, какой водопад вопросов мгновенно обрушится на вас! Какие именно принципы, вкусы и привычки? Уверены ли мы, что они по-настоящему наши, а не навязаны обществом или обстоятельствами? Облагораживают ли они жизнь, позитивно влияя на её качество, или, наоборот, утяжеляют? И последнее: как мы сами для себя определяем их тайный смысл? Если они несут в себе предательство, оттенок будет явно негативным. А что, если перед человеком встаёт жизненно важный выбор: предать жену или изменить себе? Как ему поступить? Что выбрать? Кого предать? Кому изменить? Что лучше: несвоевременная правда или привычная ложь? Комфорт или искренность? Стремление или равнодушие? Практичность или душевность? Самое интересное, что каждый человек может ответить на эти вопросы, не задумываясь, но лишь в том случае, если они не касаются его самого…
Глеб смотрел в счастливые глаза друга и думал: «Насколько всё-таки любовь преображает человека. Уверенный шаг, осанка, взгляд с поволокой. Такое впечатление, что он сбросил минимум лет десять!»
– Глеб! Ты меня слушаешь? – голос партнёра распугал случайные мысли.
– А? Да, да. Именно так мы и поступим.
– О чём ты думаешь? Если с чем-то не согласен, то лучше говори сейчас, – потребовал Герман.
– Мне всё нравится, – засмеялся друг. – Я рад, что ты, наконец, в прекрасном настроении. Измена тебе настолько к лицу, что хочется последовать твоему примеру!
Герман сбросил с лица улыбку и серьёзно посмотрел на товарища:
– Не измена, а приобретение.
– Это смотря о ком ты говоришь.
– Я говорю о себе! – повысил голос Герман. – Я никогда ещё не был так уверен в своих поступках. Я устал от постоянного долженствования. Устал. Мне это опротивело! Впервые за всю жизнь я чувствую, что поступаю правильно. Мне казалось, ты можешь это понять как никто другой.