— Твои родители? — выдохнула Мия.
Историю о них Тео она слышала от отца лишь обрывками. Нечто подобное случалось довольно часто. Мия закусила губу.
Глава 3.5
— Твои родители в своё время пришли к нам, чтобы попытаться объединить силы в каком-то деле. Если я не ошибаюсь, выступить против против Уокера. Но в последний момент они решили развести отца. Забрать большую часть или сдать его ФБР. Я точно не помню, боюсь соврать. Он быстро это просек и, — Мия замолчала, пытаясь подобрать правильные слова, — мой отец не прощает такого, — приглушённым голосом сказала она.
Мия сомневалась в правдивости этой истории, но она передала лишь историю со слов отца. Наверняка он мог недоговорить что-то, выставить себя в лучшем свете перед дочерью.
— Тео, мне правда жаль, — добавила Мия и посмотрела в глаза юноши.
Тот лишь зло ухмыльнулся. Ну да, что ещё он мог рассказать дочери? Развести?! Да его родители были на порядок честнее остальных мафиози, что даже удивительно! Они обманывали только закон, но не своих же партнёров.
— Тебе рассказать что произошло на самом деле? — негромко спросил Тео, будто боясь спугнуть подругу, но в голосе слышался такой гнев, будто бы он сейчас действительно достанет пистолет и нахрен убьёт её.
Но нет. Он злился не на Мию. На Канта.
— Да, всё верно. Родители пришли к Чарльзу с просьбой объединиться, ибо больше всего общались и дружили с ним. Договорились об общем деле, разослали своих людей, только вот жадность не дала прохода Канту. Он порешал всех, кто работал на моих родителей, а в конце, чтобы уже не оправдываться перед ними — и их прикончил. Всё из-за денег. Из-за этой зелёной субстанции, которой в наш век поклоняются больше, чем всем божествам в древности вместе взятым. Они заставляют совершать отвратительные вещи. Топаз, чёрт возьми, закладчицей работает, рискуя собой, чтобы семью прокормить. Вот почему были убиты родители. Твой отец просто решил забрать всё себе, не оставляя свидетелей.
Мия опустила глаза, слушая историю. Она не знала кому верить, ведь с одной стороны слова Теодора звучат так правдиво, но с другой стороны отец заменил ей мать. Каким бы плохим человеком он не был, ей не хотелось в это верить. Семью не выбирают, а Кант был ей единственным родным человеком. Девушка встала с дивана и подошла к окну, встав к Теодору спиной. Она устремила взгляд в небо, на еле заметные за облаками звёзды и слабо сияющую луну. Кант догадывалась, насколько сильно парень ненавидит отца и боялась, что это чувство появится и по отношению к ней. Или он ей навредит, чтобы отомстить. Правда Чарльз, вероятнее всего, и глазом в случае чего не моргнет.
— До завтра. Приятных снов, — сказал Тео так спокойно, что по коже от такого холода пошли мурашки.
Он перекинул через плечо пиджак, вставая со стула. У выхода Хорн обернулся на блондинку. Тонкая фигурка, миниатюрная, хрупкая девчонка, на чью долю выпало так много трудностей и неразберих.
— Мия, я не злюсь на тебя, правда. И никогда не причиню тебе вред, — сказал Тео и вышел из номера.
— Она не такая как её отец. Она не виновата, — произнес он вслух, стягивая пиджак с плеча и кидая на кровать.
Когда Тео захлопнул за собой дверь, Мия резко развернулась и облокотилась о подоконник. В голове калейдоскопом мелькал сегодняшний день, начиная с перелёта, продолжая омерзительными прикосновениями старого мафиози и заканчивая не самым приятным разговором с другом.
Тяжело вздохнув, Кант решительно направилась в ванну, по пути снимая с себя одежду, словно все пережитые неприятности впитались в неё. Она повернула кран душа, что недовольно скрипнул, и на неё хлынула горячая, обжигающая кожу, вода, которая стекала по лицу вместе со слезами. Мия схватила жёсткую отельную мочалку, лежащую на полке, и принялась со всей силы тереть руки, ноги, тело. Успокоилась она только тогда, когда кожа совсем покраснела и начала болеть от любого прикосновения.
Мия вышла из ванны, вновь завернулась в пушистый халат и упала в кровать.