– Зачем ты сюсюкала с ним?
– Он же ребенок, – непонимающе посмотрела на Кьор подруга. – С детками всегда нужно сюсюкать.
– Но с его позиции и системы ориентиров он чувствует себя взрослым. И даже если у него есть какие-то страхи, как, например, поход в магазин в одиночку или стояние в очереди, то он тебе их не выказал. Он взял товар как взрослый, расплатился как взрослый. Почему надо с ним сюсюкать, показывая на его несостоятельность?
– Мне кажется, ты загоняешься.
– Может быть. Ладно, не бери в голову.
Складывая покупки в двойной пакет, Кьор мило попрощалась с подругой. Всю дорогу Кьор раздумывала, что она сама, многое, похоже, просто не понимает. Законы общества были ей ни столько чужды, сколько непоняты, а порой иррациональны. «Как хорошо, что у меня есть Сагэ», – думала Кьор, поворачивая ключ зажигания.
_______________________________
_______________________
В хороших историях часто показывают период юношества, молодые сердца только воссоединились, потом наступает период становления и увядания. Последний период особенно милый, выбивающий слезу напоследок. С такой грустью не жалко и отрезать для себя приличный шматок колбасы. Грусть надо заесть. Хорошее оправдание для себя, не так ли? Если в период становления можно «проживать» дни на диване, наслаждаться любовью и вылезать только за едой, то увядание всегда презентуется в розовых тонах. Старик обнимает старушку, а вместе они сидят в парке на скамейке в окружении голубей и кошечек. Счастливый зритель удаляется, попутно стирая слезки умиления. А что дальше? Что с этими людьми? Это остается тайной на домыслы читающего. Зритель такой истории сам вкладывает нужный ему смысл, чтобы не быть разочарованным. Чтобы решил сам, во что ему верить. Сказать к слову, у Сагэ не было возможности разделить свой последний период, старость была не в его руках.
Кьор чувствовала: что-то не так. Чувствовала сердцем. Понять до конца она была не в силах. На поход на плановую медицинскую профилактику был дан отказ. На самом деле, Сагэ кое-что знал, но боялся сказать то, чего мы все боимся услышать.
_______________________________
_______________________
Выходной день – это как один из вариантов безудержного валяния на диване, ничего не делания и душевного уныния вкупе с невероятным торжеством. Все опционально, каждый сам выбирает для себя отдых: активный или активно-диванный. В такие мгновения можно делать все и не делать ничего. Кьор предложила не выходить из дома и посмотреть какую-либо мелодраму. Идею Сагэ подхватил с энтузиазмом, уже через секунду ринувшись подбирать фильм. Так классно, что можно просто лежать рядом с самой невероятной женщиной всей жизни, гладить ее за ушком, нежно сжимать плечи.
В перерыве между фильмами Сагэ, держа ее пряди волос в своих руках, вдруг сказал:
– Живем моментами. Моментами радости, печали, счастья. Размениваем жизнь на моменты, как сотенную купюру в киоске. Мы можем дарить моменты и наоборот, получать их в виде щедрого подарка. Нам надо отдельно успех, отдельно поражение. Мы не можем воспринимать жизнь в целостности. Может, оно и правильно. Должно быть, мы бы сильно испугались. Самое уникальное в этом то, что моменты имеют свойство заканчиваться, в то время, как жизнь будет продолжаться.
– А что делать, если ожидание этого, как ты говоришь, момента было лучше самого момента? Моему другу на каждый день рождения дарили коллекционную бейсбольную марку. При всем при этом он знал, что ее ему подарят и на следующий год. Ему нравилось и все были довольны, до одного момента. За неделю до дня Х он как обычно рисовал в своих мечтах ту карточку, которую бы ему хотелось получить для пополнения своей коллекции. Он буквально уже держал ее в руках, такую яркую, гладкую, где с обложки ему улыбается спортсмен. И вот тот самый день. Та самая коробочка. Тот момент, когда все тело дрожит от предвкушения и хочется разорвать все эти ленты. Вот уже ленты летят на пол. Вслед за ними коробка, и что он видит? Точно такая же карточка была подарена ему на 12-летие. Понимаешь? Да, ее можно потом обменять, да, в конце концов, продать, но момент. Он испорчен. Это тот случай, когда предвкушение момента намного дороже, намного ярче, намного важнее самого момента. Понимаешь, Сагэ?
– Тогда самое лучшее, что есть у твоего друга, это его воспоминания. Зачем акцентировать свое внимание на последствиях, когда воспоминания до подарка, это то послевкусие, которое можно тянуть намного дольше, даже после получения подарка. До того времени, пока будет нужда в этом.