Простой мимолетный диалог, коих бывает с добрый десяток в день, стал предопределяющим в будущем. Кьор не знала тогда, что именно с этими воспоминаниями ей предстоит жить. Тянуть их, как советовал Сагэ, до тех пор, пока будет нужда. А нужда будет. Она окажется в заложниках собственных эмоций. Чудовищные открытия только впереди. Одним из таких открытий является запах собственного тела, который стал вперемешку с запахом любимого и теперь всегда будет ассоциироваться с ним. Один пленительный аромат на двоих. Отделаться от этого будет уже нереально.
Все началось очень банально и просто. Ночные вскрики. Поначалу это казалось нормой и вполне походило на последствие страшных сноведений или некую безобидную болезнь. Походы к врачу Сагэ игнорировал, оказалось, зря. Просто он не хотел шокировать вердиктом врачей свою женщину всей жизни, но, как известно, шила в мешке не утаишь.
Он жутко нервничал по этому поводу. Его отец так и не увидел становления, профессионального роста, как Сагэ стал уже для других наставником. С детства мы запасаемся знаниями и в самом зените жизни становимся весомой фигурой на профессиональной арене. К нам прислушиваются, с нами считаются ровно так же, как было с нашими родителями, когда мы были маленькие и видели в них не просто авторитетов, а настоящих волшебников. С отцом у Сагэ были не очень хорошие отношения, и они предпочитали не общаться.
Тем временем Кьор чувствовала, что он уходит. Его выдавали глаза, словно искорка жизни догорает в глубинах души. По-прежнему Сагэ держался мужчиной, до последнего. Показывая свою стать и пренебрежение к неведомо откуда взявшейся болезни не только убитой горем Кьор, но и самой госпоже смерти. Демонстрируя перед самым ее ликом свою горделивость, присущую человеку сильному, любящему жизнь. Он все еще шутил, скрывал периодические боли, которые с навязчивым визитом захаживали с завидной регулярностью. Он улыбался и, нежно трепля Кьор за щечку, говорил самые волшебные слова. Только глаза, они вторили: время на исходе. Как бы это пафосно не звучало. Секунды отмеряют свое, они созданы для этого. Стрелки часов неутомимы и им в общем-то не важны незаконченные дела. С ними не договоришься. Попросить отсрочку платежа было тоже невозможно. Честно говоря, Сагэ, несмотря на свою внезапную болезнь, которая наступала медленно, проникая в жизнь маленькими шагами, сделал очень многое. Ему было чем гордиться. Ему было не жалко, что болезнь топчет розы, взращенные на поле его жизни. Теперь пришло его время. Возможно, ему придется расплачиваться и за свою халатность, попустительское отношение к самому себе. Быть может, его смогли бы излечить, придя к докторам немного ранее. Всегда надо уделять должное внимание себе и профилактике своего здоровья. Но все вышло так, как вышло. В такой новый период для Сагэ все вокруг чувствовалось острее. Многое ушло на второй план. В одночасье стало безразлично, кто и какое положение занимает в обществе, какой марки автомобиль и другая лабуда. Истинное счастье было в другом. Горячая еда и жена рядом. В чем еще может быть счастье, простое человеческое счастье?
_______________________________
_______________________
Дождь прошелся по всей улице, заставляя огни фонарей сверкать в отражениях на асфальте. Кьор проснулась от навязчивого шума, издаваемого веткой, соприкасающейся со стеклом. Кьор проследовала на кухню. Стакан свежего апельсинового сока скроил последние нотки сна. На часах было 03.45. Вернувшись в спальню, она обратила внимание на Сагэ. Он дышал ровно, словно и не был болен вовсе. Глаза его были широко открыты, на лице была улыбка.
– Знаешь Кьор, а звезд на небе так много, но они все одиноки. Мне повезло встретить тебя. Пройти с тобой рука об руку. Наши прогулки по мостовой, помнишь? Потом на ее месте построили торговый центр. Все вокруг меняется.
– О чем ты?
– Все вокруг меняется, чтобы уступить место новому. Пришло мое время, мирно исчезнуть сейчас, чтобы появиться потом.
– Нет, Сагэ, не надо так говорить. Ты нужен мне, не пугай меня. Перестань!
– Звезды, они светят на протяжении всего дня, а видим мы их только ночью. Кьор, я вернусь, я это чувствую.
В это же утро, в обычный, будничный серый день он умер. Просто покинул эту планету, оставив здесь свою боль и мокрые от пота простыни.
_______________________________
_______________________
В этот погожий день, в его самое начало, солнце готовилось осветить город. На синеве неба проступали яркие пятна светила. Она вышла на понтон, состоящий из уже изрядно затасканного дерева, от которого облетела последняя краска в минувший шторм. Здесь они любили гулять, смотреть вдаль и обнимать друг друга. Так искренне и первозданно, что, казалось, именно здесь центр мира. Точка отсчета всех координат. Крупной вязки свитер не давал ей замерзнуть ни тогда, ни сейчас. Единственное, чего не хватало, его прикосновений. Его больше нет. Так же, как нет его бархатного голоса, этих глаз, рук. Он не оставил знаков своего существования на Земле. Словно и не было его вовсе.