– Йахого, дело в том, что…
– Кьор, давай я приготовлю блинчики и налью сок. М?
Йахого ловким движением отправил одеяло на пол и вскочил за два движения. Пол встретил приятным холодом. Йахого задорно и нетерпеливо пошел на кухню, чтобы порадовать свою любимую съестным. Йахого был полон решимости, важно не само блюдо, а то, что оно будет создано с любовью и особой учтивостью. Через пару минут плита весело зашкворчала, давая понять, что можно начинать приготовление. Йахого принялся кулинарничать. Кьор привстала, чтобы насладиться видом: мужчина, явно испытывающий к ней симпатию, что-то готовит ради нее, да еще и подпевает. Накинув на себя рубашку, подошла ближе. «М-м-м, дзи, ду, ди», старая дурацкая песенка, которую периодически напевал Йахого. Особенно в то время, когда был счастлив. Как сейчас.
_______________________________
_______________________
Это как тихонько пробираться в шкаф со сладостями перед Новым годом, когда мама закупила все к новогоднему столу. Тайком тянуть конфету, не нарушая целостности всей коробочки. Никто не заметит пропажи одной конфетки, правда? Дав себе обещание больше так не делать, но вновь поступаешь так. Ну в самом деле, две конфетки пропадут, это же не катастрофа?! С нарушением внутренних обещаний тают конфеты, пустеет коробочка. Действительно смешно оставлять всего пять конфет. Мама не поверит, что так положили на конфетном заводе, но по-своему раздумию она должна поверить, что конфет в коробочке не было вовсе. Убедив свою совесть, смело выуживаешь крайнюю конфету. Надо не забыть потом сделать искреннее и изумленное лицо, когда мама найдет пустую коробку и начнет сокрушаться. Для мамы твоя шалость – непреднамеренные траты. Для тебя – воспоминание из твоего детства. Воспоминание ценой в коробку конфет.
_______________________________
_______________________
Машина неслась вперед. Проносились кварталы, остановки и знаки. Машина неслась, прорезая воздух и устремляясь к самому горизонту, к точке единения неба и земли.
– Что за песню ты пел?
– Если честно, я и сам не знаю. Даже ума не приложу, откуда она в моем репертуаре. Ты еще не слышала другие песни в моем замечательном исполнении, но у нас на это есть целая вечность. Я просто помню эту песню, вот и все.
– Странно, я где-то ее уже слышала, а где, вспомнить не могу.
– Может быть, по телевизору, в рекламе?
– Может и так.
Машина свернула с улицы и у второго дома остановилась.
– Мне не хочется тебя отпускать, Кьор.
– Чего уж поделать, мы и так совершили ошибку. Все это случайность, будет лучше, если ты забудешь нашу встречу. Если сможешь, забудь и меня.
– Я не могу тебя отпустить, а уж забыть – не проси. Ты…
– Довольно! Ты должен меня понять. Все слишком далеко зашло. Я поддалась непонятному зову сердца и решила проводить тебя. Я корю себя за этот поступок. Как оказалось, я проводила тебя до постели. Чтобы ты понимал, речь не о возрасте. Ты младше, но в тебе я тоже встретила то, по чему скучала долгие годы. Мне все равно на то, что и кто подумает. Ты должен это знать. Всю жизнь я считалась с принципами и основами. Я поступилась всем ради тебя. Может оно и верно, я действительно испытываю к тебе странные притягательные ощущения, но мой муж, он не виноват в том, что я испытала слабость к тебе. Мне больно, поскольку это моя жизнь, она у меня одна. Другой возможности не будет, но это и не дает мне оправдания уехать сейчас с тобой и уж точно не дает мне права быть с тобой. Мне нужно сохранить семью. Ты должен это понять. Ради меня.
– Мы увидимся еще когда-нибудь?
– Не думаю, что это хорошая идея. Продолжай свое путешествие, это лучшее решение на сегодняшний день. Не сворачивай со своей дороги, разберись в себе.
Кьор с силой захлопнула дверь и быстро скрылась в своем доме. Трудно сдерживать слезы, очень трудно. Йахого пребывал в растерянности, чтобы как-то растормошить себя, он решил проехать бесцельно пару кругов перед тем, как сдавать прокатную машину в офис. Хотелось прямо сейчас покинуть этот уродливый, совсем не притягательный город и вернуться в свой крохотный дом. Там надо готовить самому, там нельзя заказать еду, попросту никто не приедет. В округе только природа. Дело в том, что в таких домах вдали от цивилизации ты больше не гоняешься за шумом города, не стараешься ему соответствовать, не стараешься ему понравиться. Ты живешь. Стены родных домов нужны, чтобы вернуть вновь утраченные эмоции, вернуть свой стержень. Просто понять, что мне в самом деле тепло и более ничего не нужно. Йахого тянуло к своим истокам, к природе, к месту, где нет печали.