Бог, воспринимаемый йогом путем медитации, воспринимаем им силою его собственного Высшего «Я».
То, что мы называем природою или роком, на самом деле лишь воля Божия.
Покуда мы стремимся к наслаждению, мы – в оковах. Лишь несовершенство способно услаждать себя, ибо наслаждение – ничто иное, как исполнившееся желание. Человеческая душа услаждается Природою. Но Брахман не то; Брахман – содержание, действительная реальность Природы, однако, Он (Брахман) остается для нас невидимым, пока мы не воспроизведем Его в себе. Достигнуть этого можно при помощи «Праманты» или воспламеняющего трения, подобно тому, как путем трения создается пламя.
* Бесконечность одна: двух их быть не может. Она всегда та же: неразделима, непроявлена. Под бесконечным проявлением Вивекананда разумеет вселенную в ее обоюдном аспекте: видимом и невидимом. Пусть вселенная состоит из бесчисленных форм, ограниченных присущими им свойствами: в смысле совокупности они все же остается бесконечностью; мало того, любая частица ее бесконечность, ибо каждая частица с нею неразрывно связана.
Тело – кусок дерева, Ом – остроконечный клин, а дхияна (созерцание) это трение. Как только прибегаешь к последнему, в душе воспламеняется внутренний свет, познание Брахмана.
Добивайтесь его, прибегая к «тапасам». Выпрямившись, приведите в бездействие мозговые органы чувств, пожертвуйте ими.
Центры чувств находятся внутри, а органы чувств – извне; итак, сосредоточением вгоните их во внутрь, в мысль, а затем при помощи «дхарана» (сосредоточение) остановите ум на «дхияна».
Во вселенной Брахман вездесущ, подобно маслу в молоке, но сбивание собирает (сосредоточивает) его в одном определенном месте.
Подобно тому, как сбивание молока превращает его в масло, «дхияна» вызывает появление (осознание) Брахмана в душе.
* * *
Все системы индийской философии утверждают, что существует «шестое чувство» сверхсознания, способствующее возникновению в душе «вдохновения».
* * *
Вселенная есть движение, вращение, подобно сбиванию масла, и когда оно будет сбито, всему наступит конец: тогда настанет период покоя, после которого все возобновится снова.
* * *
Покуда человек окружен «небом плоти», т.е. покуда он отождествляет себя со своим телом, ему не узреть Бога.
Воскресенье, 7 июля, днем
Из индийских философских школ шесть считаются правоверными, так как они верят в Веды.
Философия Виязы, это философия Упанишад. Она написана сутрами, т.е., краткими алгебраически изложенными символами, в которых отсутствуют как имя существительное, так и глагол. Это обстоятельство вызвало столько двусмысленных толкований, что и дуализм, и моно-дуализм, и даже монизм, известный под названием «Вопиющей Веданты» проистекли из этих самых сутр: итак все великие комментаторы этих учений были в свое время «сознательными лгунами».
Упанишады почти не содержат исторических данных о деяниях какого-либо человека, все прочие священные Писания, наоборот, изобилуют ими. Так, Веды касаются почти исключительно философии.
Религия, лишенная философии, близка к суеверию, а философия, при отсутствии религии, становится сухим, неприкрашенным атеизмом (неверием).
Висишта адвайта – это адвайта в высочайшем смысле слова или, другими словами, монизм. Истолкователем ее был Рамануджа. «Вияза почерпнул это масло философии, масло лучше всего способное помочь человечеству, из недр молочного океана Вед»,– говорил он. И еще «Все качества и добродетели от Брахмана, Господа Вселенной».
Мадьва же держался основательного дуализма или «адвайтизма». По его учению, учение Вед должно быть доступно любой касте, даже женщинам. Его цитаты взяты преимущественно из Пуран.
Он утверждает, что Брахман, это – тот же Вишну, а вовсе не Шива, так как не может быть иного спасения, кроме даруемого Вишной.
Понедельник, 8 июля
– Истолкование Мадьвы нисколько не отводят места рассуждениям; их цель лишь разоблачение и истолкование Вед.
Рамануджа учит, что нет учения более святого, чем учение Вед. Сыновей трех высших каст надлежало бы снабжать сутрами и в восьми, десяти или одиннадцатилетнем возрасте подпускать к обучению Ведам, то есть посылать к учителю («гуру»), с которым они проходили бы их слово в
слово, соблюдая все особенности в интонациях и произношении.
Джапа – это повторение Священного Имени. При помощи его подвижник возносится в царство Беспредельного.
Ладья жертвоприношений и обрядностей слишком ненадежная вещь, и этого недостаточно, чтобы постичь Брахмана, который один является свободой в полном смысле слова. Свобода – это нечто иное, как разрушение неведения, а последнее может настать лишь по постижению нами Брахмана.
Чтобы постигнуть сокровенный смысл Веданты, отнюдь не надобно прибегать ко всем обрядам и церемониям, достаточно повторить слово «Ом».
Корень всех страданий и зол – это восприятие мира под аспектом разновидностей, а причина этого восприятия – наше неведение. Потому-то обрядности и не являются необходимостью, ибо они усиливают понятие нетождественности: практикование их сводится лишь к стремлению либо от чего-нибудь избавиться, либо чего-нибудь достигнуть.
Брахман – бездействен. Атман – это тот же Брахман, а мы это Атман. Познание этого способно искоренить любое заблуждение. Но оно должно быть услышано и воспринято, продумано и, наконец, постигнуто.
Во время мышления мы прибегаем к помощи рассудка и затем устанавливаем рассудком то, что мы называем знанием. Если знание становится как бы частицей нашей жизни, нашего бытия, посредством непрестанной мысли о нем, то такое знание становится постижением. Такое постоянное мышление, или «дхияна», подобно маслу, текущему непрерывным прямым потоком от одного корабля к другому; дхияна обрабатывает («валяет») ум денно и нощно и таким путем способствует достижению нами свободы.
Всегда думайте: «Сохам, сохам» – это почти равноценно освобождению. Повторяйте это денно и нощно, и тогда, как следствие такого неустанного мышления, явится постижение. Такое абсолютное, продолжительное воспоминание о Господе, именно и есть «Бхакти». Но косвенно этому «Бхакти» еще способствуют все добрые дела. Как добрые мысли, так и добрые действия создают меньше различий, нежели злые, и поэтому косвенно ведут к свободе. Трудитесь, но плоды предоставьте Господу. Лишь знание способно сделать нас совершенными.
Тому, кто следует с преданностью по стопам Бога Истины, Бог Истины явит свою истинную сущность.
* * *
Мы – светочи, а то, что мы называем жизнью – горение. Когда запас кислорода исчерпан, лампа должна погаснуть. Все, что в наших силах это сохранение лампы в чистоте. Жизнь – продукт, состав и, как таковой, должна распасться на составные части.
Вторник, 9 июля
В смысле Атмана человек воистину свободен, в смысле же человека связан. Как человек, он лишь машина, наделенная понятием о свободе; однако, это человеческое тело превосходнейшая из машин, а человеческий ум величайший из механизмов.
Достигнув степени Атмана, человек может обзавестись телом, даруемым ему как орудие, которое ему надлежит приспособить для того, чтобы оно служило ему. Он тогда выше законности. Пусть это гипотетическое утверждение, но оно должно и может быть проверено и доказано на опыте: каждый на себе должен в этом удостовериться. Раджа-йога единственная из религиозных наук, которая поддается демонстрированию путем опыта.
Я могу учить лишь тому, что и сам испытал или пережил на опыте.
Интуиция – это расцвет умственной зрелости, однако, она не может идти вразрез с разумом. Труд очищает сердце и таким путем ведет к мудрости (или vidya – ведению). По учению буддистов, творение добра в отношении к людям и животным является единственно достойным трудом, по учению же браминов, благочестие и обрядности являются точно таким же трудом и очищают мышление. По учению Шанкары, «все действия, как добрые, так и злые, идут вразрез со знанием».
Всякое действие, клонящее к незнанию – грех, правда, не прямо, но косвенно, так как оно способствует либо «тамас», либо «раджас».
Мудрость дается лишь по достижении «саттва». Добродетельные дела срывают завесу с ведения, а ведение способно осуществить для нас «лицезрение» Бога.