Алька подошел к краю крыши.
— Всего капля, ты сказал?
— Да. Уж не знаю, как они это делают, ведь для такого процесса требуется очень большой запас веры! Но по слухам, если использовать освященную воду, можно растворить беса насквозь и свести весь его заряд в землю. Без вспышки и пожара.
— Но у нас ведь нет освященной воды, Азраил?
— Конечно, нет. Если бы и была, в моих лапах она мгновенно стала бы самой обычной водой. Или того хуже, превратилась бы в мертвую.
Алька обернулся. Его лицо сияло хитрой хулиганской миной.
— Да простят меня боги этого загибающегося мира, я не знаю, как в нашей ситуации достать хотя бы каплю освящённой воды. Но я кое-что знаю про солевые растворы и заземление. Приготовься бежать, Азраил, у нас будет всего-то пара минут.
Продолжая ухмыляться, Алька развернулся к бесам и расстегнул штаны.
Конечно, внутрь заходить он отказался.
— Это же церковь! — удивился дьявол. — Ты что, предлагаешь мне спрятаться в церкви?
— А почему бы нет?
Азраил остановился. Собор возвышался впереди, на фоне закатного солнца, и длинная тень от религиозного символа на куполе падала прямо к ногам дьявола. Между копытом и тенью оставался зазор буквально пару сантиметров.
Алька озирался по сторонам, каждую минуту ожидая появления врага. Но к счастью, пока на улице лежала только пара порубленных и утыканных стрелами трупов. Один — человеческий, второй — коричневой шерстистой твари с кривыми ногами кенгуру, козлиными острыми рогами и пастью, полной тонких игловидных зубов.
Хорошо, что оно уже мертво.
— Послушай, ну что ты замер? Все видели, как ты дрался. Спас не одну сотню жизней. Они поняли, что мы на их стороне. Мы не можем больше оставаться здесь, нужно отступить в укрытие! И церковь — это единственное крепкое здание на весь город!
Азраил прищурился
— Ты что-то путаешь. Мы не на их стороне. Уж я-то точно — нет. И с величайшим удовольствием покину этот обреченный городишко, как только появится первая же возможность.
— Ну нет такой возможности! Ты сам со стены смотрел, сам сказал, что нет! Черти всё на подступах пожгли, кругом голая горелая степь. А цитаделей здесь не строят. Собор — это единственный шанс для всех. И то, за него придется драться, а воинов почти не осталось. Поэтому они впустят нас!
Губы Азраила свело непривычной мимикой — это должно было обозначать саркастическую улыбку.
— Впустят? Несмотря на то, что я сломал челюсть этому заполошному?
— Не преувеличивай! Ты всего-то выбил ему пару зубов. К тому же сам говорил, что на ангелах заживает быстро.
— Я не говорил «быстро». Я говорил «как на собаке».
— Прекрати, сейчас не время для ехидства!
Азраил не двигался с места. Алька теперь больше злился, чем боялся, хотя вдали уже слышались визги и завывания. Это враг поднимался в новую атаку. Ну как еще убеждать этого упёртого барана?
— Я. Не войду. В церковь! — дьявол оставался спокойным и категоричным. — Ты иди, спрячься. Но только… Они ведь всё равно прорвутся. А горожане, стараниями твоего блондинистого дружочка, драться не станут. Они сядут рядом с ним и будут молиться о защите. Поэтому черти вышибут ворота и вырежут всех до единого.
Позади, у жалкого подобия крепостной стены, началось движение. Авангард штурмового отряда осмелел после полученной не так давно трёпки и снова полез на стены. Над тяжелыми старыми бревнами, теперь обугленными и полуобвалившимися, появились первые оскаленные рогатые рожи.
Азраил недобро ухмыльнулся, перехватил поудобнее огромный мясницкий топор, который подобрал еще во время первой схватки, и зашагал навстречу чертям. Алька, разочарованно застонав, догнал его и попытался остановить.
Ну да, остановишь такого. Даже не заметил.
— Азраил, стой! Это просто упрямство. Или глупость. Из-за того, что они пошли с ангелом, а не с тобой, не обязательно лезть в самое пекло!
— Ой, я тебя умоляю! Мне-то про пекло не рассказывай! — Дьявол оскалился. — Тебе бы там точно не понравилось.
Он выставил впереди себя широкое лезвие, и по нему, звякнув, ударила пика. Черти были ловкими, натренированными метателями.
— Вот это мне не нравится, — произнес Азраил. — Я не смогу контролировать тебя, не смогу защищать нас обоих. Тебе действительно стоит уйти к остальным.